Подпольный Алхимик

Ворота раскрылись передо мной спустя минут десять. Интересно, швейцар так долго своего хозяина отыскать не мог, чтобы сообщить обо мне, или же Нильсоны так мелко и ничтожно пытаются доказать мне, кто здесь самый крутой? Сплошные пафос и понты (от Акке узнал это странное, но полезное слово), за которыми ничего нет, кроме пустоты.

Швейцар – высокий, мускулистый мужик в черном костюме – провел меня во двор, потом под аркой, величественно нависающей над крыльцом, между толстенными колоннами, которые, словно ноги великана, подпирали крышу особняка.

Далее мы прошли через высокую тяжелую дверь, украшенную лепниной. Миновали огромный холл, поднялись на второй этаж, пересекли коридор, который показался мне бесконечным, и вот, наконец, меня ввели в кабинет. Строгий, в темных тонах, в минималистском стиле. Помещение под стать своему хозяину.

За большим темным столом величаво восседал смуглый мужчина с темными волосами, черными глазами и тонкими, плотно сжатыми губами.

Так вот ты какой, Викар Нильсон.

Он кивнул швейцару, отпуская его.

- Приветствую вас, господин Нильсон. – Я коротко кивнул, натянув на губы доброжелательную, но не заискивающую улыбку.

- Что привело тебя ко мне? – спросил он, не удосужившись поздороваться.

- Важный и неотложный разговор. Я здесь, чтобы сообщить вам, что наша семья вынуждена прекратить сотрудничество с вами. Отныне мы не будем продавать ваш алкоголь.

- Причина?

- Дело в том, что мы решили сами производить и продавать вино. Не в таких масштабах, разумеется, как вы… но все же.

Я решил, что юлить смысла нет. Нильсоны сразу выяснят, что мы возобновили продажу «кирпичей».

Викар Нильсон продолжал буравить меня взглядом, который, к сожалению, отражал лишь надменную холодность, однако подозреваю, что мои слова вызвали даже в этом суровом человеке целую бурю эмоций.

- И вы посмеете это сделать, зная, что мы можем с вами сотворить?

- Господин Нильсон, прошу вас воздержаться от угроз, - холодно проговорил я, сужая глаза и стирая улыбку с лица.

- Угрозы? – Уголки его губ слегка дрогнули в усмешке. – Это всего лишь данность, Ульберг, мы сильнее вас, и вы это знаете. И мы не потерпим конкурентов, впрочем… об этом можно не волноваться. Ведь такие, как вы… - Викар сделал многозначительную паузу: - …никогда не станут конкурентами для нас.