Что оставит ветер

— Бля, — протянул Олег, повернулся, и его тут же вырвало.

Юра присел на корточки рядом с мордоворотом, вытащил из его руки пистолет — тот легко выскользнул. Оттянул затвор — патрон в стволе есть.

— Дня два лежат, не больше, иначе их уже бы обчистили, — сказал он. — Тут нарки тусуются, постоянно почти...

Вольдемар, прикрыв нос платком, хотя особой вони не чувствовалось, быстро охлопал карманы Снежаны:

— Ничего..

. И сумочки нет, а должна бы быть. Какая баба без сумочки...

— А это кто такой? — Олега продолжало подташнивать, он подошёл поближе к выходу. — Это не из наших...

— Не из наших тоже, — Юра деловито заткнул пистолет себе за пояс сзади, выпрямился. — На куски меня режьте, мужики — но это её телохранитель... был.

Все трое выбрались на улицу, встали в тени дома-призрака. Олег тяжело дышал, Вольдемар озирался по сторонам, лицо Юры кривилось в какой-то нервной усмешке.

— Ну что, Юрец, она сюда могла пройти только с тобой, — тихо и очень спокойно сказал Вольдемар.

Мгновение — и пистолет уже смотрел ему в лоб. Юра стоял бледный, облизывая губы:

— Даже не шути так, пижон.

— Стас сказал — ввести в мир может только Хранитель, — сказал фотограф.

— Погоди... — Олегу было не по себе, очень не по себе, но он нутром чуял что-то неладное.

— Погоди. Стас соврал. Гоша прошёл в мой мир сам, Соня тоже. Я был в твоём мире и у Юры в комнате, кто знает — сюда мог войти и... ты. Не говоря о Стасе. Что он ещё наврал?

Вольдемар улыбнулся всё той же кривой полуулыбкой:

— А кто знает, кто знает...

Юра сделал шаг назад, демонстративно убрал пистолет:

— Вот и заткнись.

— Она пришла сюда с телохранителем, — негромко продолжал Вольдемар. — Кто-то её сюда провёл... Зачем? Нет, зачем — ясно... теперь ясно, но как её сюда заманили, да ещё и в этот гараж? Амбала убили тут — видно по крови. А на ней — ни капли. Она не ограблена, не изнасилована.

— Сумочки нет, ты сам сказал, — вмешался Олег.

— Сумочки...