Неудачница

Ведьмы не замечают камней под ногами, когда идут, на расщелины земли они не смотрят. Поняла?

Сколько развелось ныне советчиков! Заткнулись бы все. А то я уже слышала сегодня советы от Карлини, но тут я сама его совета искала, потом непрошенные фразы и намёки от других профессоров, мол, лучше бы мне тут не задерживаться – от профессора Роберо, а от профессора Джованни – о том, что лучше бы напротив, прибиться к тихой гавани Академии. И все такие сочувствующие и все такие понимающие!

Убила бы.

Но я ведьма, а слово ведьмы – договор с силой. Нельзя говорить такого. Надо улыбаться. Только бы выдержать это.

–Спасибо, профессор Моркенс, – и побольше искренности в голосе, мол, я прониклась, и да, месть мне не нужна. Хотя именно она, именно она и злость подняли меня с колен пепелища.

Именно злость и жажда мести не дали мне расцарапать Ричарду морду на улице, на глазах людишек.

Ведь это не будет местью. Это будет недостойно ведьмы.

–Ты меня не затыкай, – профессор Моркенс подползла ко мне ближе, – не затыкай! Лучше слушай старую ведьму! Она тебе плохого не посоветует.

Я хотела рассмеяться и ответить что-нибудь очень колючее, так, чисто для того, чтобы уязвить её, но спохватилась. Странная мысль, которая прежде была мне незнакома, вдруг стала мне озарением. Я оглядела помятую профессор Моркенс, грязные седые её волосы, обгрызенные или обломанные ногти, истёртые и пятнистые от старости руки и вдруг представила, как она преподает.

Чему она, старая алкголичка, может научить? А вот я могу.

Не преподавала никогда и не представляла себя в этой роли. Но я явно могу. И совсем необязательно мне ждать до конца семестра – это слишком долго. И потом – разве это не благое деяние – защитить студентов от влияния профессор Моркенс?

Да, исключительно благое. Это я как ведьма понимаю. Но она тоже ведьма. Значит, надо схитрить…

Я сама не понимала ещё чего я хочу, и что со мной происходит, и с чего в груди вдруг зашевелилось что-то колючее, но очень довольное создание, но уже уверенно отвечала:

–Профессор Моркенс, я, на самом деле, собиралась к вам идти сама.

Только неофициально, а…как к другу, понимаете?

Испуганный и заискивающий тон, много лести – на профессора Моркенс ещё в годы моей учёбы смотрели с жалостью, и слушали, с трудом сдерживая зубной скрежет.