Магическая Москва 3

Нужный кабинет находился почему-то в той части третьего этажа, который, судя по доносившимся до разума Инги образам бумаги и криков, был скорее административным. Надписи на двери не было, только номер, но эмпат чувствовала, что это действительно то самое место – из помещения тянуло магией. Явной, ощутимой, но в то же время словно бы немного примятой.

Словно кто-то хотел скрыть то, что делает, за чем-то иным. Например, за вязью кружев слов и ритуалов, за демонстрацией рун и символов, не имевших никакой силы…

Сбоку от входной двери за низким столиком сидела… Лена.

Инга во второй раз едва не ощутила под спиной сиденье авто. Собралась. Вернулась в «кабинет нетрадиционной медицины», где Лена, Лена с которой они год жили на юге, Лена-побегаец, вела Надежду к дальней части просторного помещения, отгороженного ширмой.

И что делать? Предупредить? Как? К тому же пока Инга разбиралась со своими эмоциями, к Надежде пришла молодая азиатка с какой-то чашкой в руке, о бок которой била чем-то, похожим на очень короткую металлическую палку… Надежда, которая ни о чем не подозревала, – или подозревала, но все равно делала все как сказали, – уже села на небольшую циновку в позу лотоса…

Инга напрягла разум, пытаясь вглядеться во все происходящее так хорошо, как только могла из своего нынешнего положения.

Она лихорадочно придумывала план о том, как вмешаться в момент, когда появится угроза, как увести Надю…

Но ничего на ум не шло.

Азиатка размеренно пела, ударяя по чаше. Пахло сандалом, и Инга чувствовала, как Надя расслабляется.

Видела, как «целительница», не прекращая бить в чащу и мерно петь, начала слегка воздействовать на энергетические каналы десятницы одним усилием разума. Воздействие усилило движение энергии, омывающей нижнюю часть тела женщины, уносило напряжение и спазмы. Убирало ненужное, снимало какие-то неясные, непонятные образы.

Не ломающей, вовсе нет.

Сандал. Ритмичные удары о чашу. Тихое пение…

В один миг образы словно бы смешались. Инга потеряла понимания мира вокруг «маяка», сама расслабившись слишком сильно, чтобы воспринимать окружающие сколь-либо четко.

Не вернулась в тело, нет, просто образы из-за Завесы захватили сознание, образы спокойствия и легкости, мешающие сосредоточиться хоть на чем-нибудь.

Лишь когда Надежда задвигалась, медленно поднимаясь на ноги, эмпат сумела хоть как-то привести чувства в порядок. По телу, – не ее телу, – проходили приятные расслабляющие волны, сильнее всего ощущавшиеся внизу живота.