Магическая Москва 3

Думаешь, я не знаю, что это за артефакт был, и что он с мозгами может сделать?!

– Ладно, ладно! Делай что хочешь! Только слушай, это ваша территория и все такое… Но с больницей для магиков, вполне возможно, что-то не так. Никифор Валентинович копал под местный Бирюзовый Крест, что-то уж больно они активные стали, и их явно начали частенько упоминать некоторые весьма оппозиционные кандидаты в Думу. Ладно, неважно. В общем, он уверен что оба проклятия, – горец покосился на Алису, – не прими на свой счет, но, в общем, он уверен, что на него напали и наложили проклятия целители.

– У плохого сыщика все специфическое, – отрезал Андрей Васильевич. – Но я учту информацию. Но…

– Заявление, да. Я понял. Рад, что ты защищаешь своих как и раньше. Жалею, что ушел, но тут уж что поделать.

– Возвращайся, – просто откликнулся негатор, – место найдем.

– Я подумаю, – серьезно и искренне откликнулся горец. – Прости что так вышло, но напарников не выбирают.

– Ты предупредил.

– Ну а как еще? Ладно, я постараюсь забежать в менее напряженный момент, или иначе свяжусь. У нас есть о чем поговорить. Алиса, рад был увидеть. Инга, – черные глаза на секунду остановились на лице эмпата, – рад был увидеть оригинал и рад, что эта гадость тебе не навредила. Все, бывайте.

И горец едва ли не бегом направился в сторону «Вкусного места». Инга была уверена, что в этот самый момент оттуда выходил помятый «ускользающий».

– Вот не хотел я его отпускать… И с кем теперь работает?.

– Подавитель… Некрасиво,– заметила Алиса, – прости, Ин, втравила невесть во что. Но с больницей и Бирюзовым крестом и правда что-то нечисто, я о том и пришла поговорить.

Андрей Васильевич качнул головой.

– Мы тут друг с другом в соседних ведомствах договориться не можем. Немудрено, что в таких условиях в месте, где Вторяк в меценатах, что-то идет не так. Ладно, идем, расскажешь все подробно.

Глава 8.

Инга устроилась на ставшем уже привычном потертом стуле их «комнаты для совещаний».

Место Павла заняла Алиса, и это ощущалось совершенно неправильным. Андрей Васильевич все еще злился, пусть и внешне он напоминал почти обычного себя. Демыч все время поглядывал на экран ноутбука, за которым привычно спрятался, а Кюн, зашедшая в комнату в последний момент перед началом разговора, выглядела так, словно только что пробежала марафон.