Агитбригада-3

Тем временем, ситуация набирала обороты: Гудков и дознаватель наседали на Епифана-Зубатова, а тот только хлопал глазами и не мог сообразить, что отвечать.

– Дело дрянь, – констатировал Енох и устремился к нему.

– Я первый был! – рассердился Моня и полетел вслед за ним.

Мне оставалось лишь прятаться и наблюдать, чем дело обернется.

– Расскажите, как вы с потерпевшей оказались здесь? – велел дознаватель, а его помощник, толстяк в форме, приготовился записывать.

– Скажи, что Ирина пригласила тебя в ресторан, чтобы поговорить, – подсказал Енох.

– Нет, скажи, что ты сам её пригласил! – перебил Еноха Моня.

Епифан-Зубатов нахмурился и выдал:

– Это Ирина. Мы с ней посетили ресторан.

Ну ладно, хоть так.

– А чья была инициатива? – не унимался дознаватель.

– Обоюдная, – быстро ответил Епифан-Зубатов, не дав моим призракам сказать ни словечка.

– Как долго вы были знакомы с гражданкой Курочкиной? – опять спросил дознаватель.

Тут уж Епифан-Зубатов поднял взгляд на призраки. Но они, словно сговорившись, оба отвернулись.

Вот гады! Знают, что сейчас ни я, ни Епифан-Зубатов ничего им сделать не могут и начинают. Но ладно, козырь в рукаве у меня есть.

– Мими, – шепнул я, – пни этих придурков, Еноха и Моню, чтобы дурака не валяли. Пусть подсказывают нормально.

Мими серьёзно кивнула и, прижимая безголовый кукольный трупик к себе, попёрла прямо на призраков.

– Ох! – сразу понял Енох, – мы же подсказываем!

– Надо ж было сформулировать! – добавил Моня и быстро сказал Епифану-Зубатову, – с момента появления в Хлябове Агитбригады.

– Мы приехали в город, – послушно повторил тот, – и на репетиции Агитбригады я познакомился с Ириной. Прошло несколько дней. Пять, или шесть.

– Угум-с, – глубокомысленно покивал дознаватель, а толстяк всё зафиксировал в блокнот.

– Как произошло нападение? – задал он следующий вопрос.

Здесь Епифан-Зубатов не стал ждать подсказок и сам ответил:

– Я не помню. Только что сидели, ужинали и разговаривали. И вот я открываю глаза, а вокруг вы.

Дознаватель задал ещё пару общих вопросов и, наконец, отпустил его.

– Подписку я от вас брать не буду, – многозначительно сообщил он, – достаточно вашего слова и того, что вы комсомолец. Но попрошу до окончания следствия Хлябов не покидать.

Гудков заверил, что никто покидать и не собирался, подхватил Епифана-Зубатова под руку и потащил к выходу. Мне оставалось последовать за ними.

– Енох, ты остаешься, слушаешь, что говорят.