Сказки Заречного. Пашкины тропы

Он уходил, но спустя полчаса возвращался на кухню с очередной вымученной шуткой.

– Какой-то сегодня чай непостоянный, не успел налить, уже остыл.

– Играешь? – мама отрывалась от созерцания темноты за окном.

– Да, уровень сложный попался. Сейчас пройду и лягу, – заверял Пашка, про себя думая, что компьютер надо будет хотя бы включить.

Толку от его ночного бдения, конечно, не было, но разве мог он просто взять и лечь спать, оставив маму на кухне одну?

Возвращаясь в очередной раз с кухни, Пашка услышал странные звуки, доносившиеся из комнаты, где спали младшие.

Он остановился, прислушался и, наконец, узнал в них приглушённые всхлипывания. Пашка осторожно приоткрыл дверь и тихо скользнул внутрь.

Всхлипывала Лизка. Всхлипывала тихо, чтобы не разбудить близнецов, но явно делала это давно. Пашка подошёл ближе, чтобы сказать что-то вроде «Ложись спать, всё хорошо будет», но вместо этого предложил шёпотом:

– Посидеть с тобой?

– Угу… – девочка кивнула.

Пашка сел на пол, прислонившись спиной к кровати, потом, подумав, взял сестру за руку.

Миша с Костей цеплялись за него постоянно, а вот с Лизой за руку он не ходил с тех пор, как перестал считать себя ребёнком.

– Всё хорошо будет, – не удержался он спустя несколько минут.

– Угу, – ответила сестра. Голос прозвучал сонно, кажется, она уже засыпала.

Сидя на полу в тёмной комнате, слушая, как на три голоса посапывают младшие, он сам не заметил, как заснул, положив голову на край Лизиного одеяла. Кто-то (хотя кто, кроме мамы?) ещё и укрыл его толстым пледом, служившим покрывалом на родительской кровати.

Папа позвонил поздним утром, сообщив, что их автобус до утра простоял на придорожной автозаправке, где они грелись, но позвонить раньше не мог, потому что связь там совсем не работала.

Заверив, что всё у них хорошо и положив трубку, мама впервые на Пашкиной памяти разрыдалась.

А теперь она так же ждала и его…

Пашка подбросил в костёр ещё пригоршню листьев и поднялся на ноги: пора было пополнить запасы хвороста, чтобы его хватило хотя бы до ночи.

Полчаса спустя он был вынужден признать, что потерял свой костёр. Если бы кто-то рассказал ему, что можно заблудиться, отойдя от горящего костра на пару десятков метров, он бы первым покрутил пальцем у виска. Однако именно это с Пашкой и приключилось. Покружив ещё немного по лесу, он бросил на землю собранные ветки, устало присел на очередное поваленное дерево и горько засмеялся.