В плену чужих тайн

Пусть реакция на касания Константина до этого и была совсем иной, чем у того же Норваева, однако проверять широту всех его возможностей более чем не хотелось.

— Проваливай, Бестужев. И да, Николай знает с каким упорством ты пытаешься прервать сотрудничество? Или ты, как обычно, сам за себя?

Костя улыбнулся. Поглядел на меня, на Макса.

— Смотрю, ты горишь желанием продолжить это самое сотрудничество. Значит, и дело о последней лаборатории мы начнём исследовать, к примеру, завтра? — обошел он скользкую тему, бросая вызов.

— Не переживай, я сообщу о твоём выздоровлении Николаю. Уверен, ему не терпится спуститься в подвалы и узнать, куда сбежала оттуда Надежда и её одарённые друзья. А уж воздать им по долгам... Как считаешь, на этот раз ему будет достаточно десятка просмотренных тобой событий прошлого? И в его ли характере отпускать единственный шанс во всём разобраться так просто? Думаешь, подписанный тобой договор не имеет подводных камушков, а Николай и в самом деле такой душка, каким его видишь? — Константин ухмыльнулся. — Хорошенько подумай над перспективами, Слава. И тогда, кто знает, ты может даже решишь, что скрывать информацию от нас — не самое удачное решение?

Извечная манера Бестужева угрожать чем только возможно для достижения целей порядком нервировала и пугала. Но несмотря на логичность доводов, усомниться в порядочности Норваева означало то же, что и вовсе отказаться от надежды на благоприятный исход.

— Думаю, обойдусь без сомнительных советов, — бросила хмуро. — А теперь, будь так любезен, покинь мой дом и забудь к нему дорогу на веки вечные.

Тонкие губы Константина раскрылись в белозубом оскале.

— Как бы не пришлось напоминать.

Оторвав от меня проницательный взгляд светло-голубых глаз и подмигнув отчего-то Максу, Бестужев вышел, оставляя меня в бушующем море недоумения и возмущения.

Что, чёрт подери, он возомнил о себе?!

Глава 3. Голос внутри

И стынет кровь в теле твоём —

Кто-то нашел в нём новый дом.

Но будь смелее — не кричи,

Когда услышишь голос внутри.

Обжигающая боль в груди вызвала приступы безудержного кашля. Глоток ледяной воды рефлекторно ворвался внутрь вместо воздуха и заполнил лёгкие. Голову будто сдавили тисками, на глаза с силой давили, а тело не подчинялось и конвульсивно дёргалось. Меня неумолимо тянуло вниз, и что бы ни делала, лишь задыхалась сильнее и слабла.