В плену чужих тайн

Его взгляд спустился на костюм с ёжиками, тонкие губы поползли в бок, и я, позорно покраснев, поторопилась скрыться из вида, никого не задев.

— Отлично, — пробормотала на ходу.

— Даже не предложишь ему чая? — с недоумением прикрикнула в спину мама, а я махнула рукой.

— Он самостоятельный мальчик, справится.

Захлопнув дверь в комнату чуть громче положенного, прислонилась к стене.

Безумие! Нужно скорее выпроводить их всех. А если скоро приедет и Макс...

Бросилась к кровати. Телефон отображал единственное сообщение с коротким: «Сейчас».

Ох, нет! Отослать его обратно? Или пусть подождёт на парковке, чтобы после мог, если что, помочь с ловцом?

Оставаться наедине с Константином не хотелось и в страшном сне, а потому отправила послание и принялась поспешно стягивать рубашку и штаны с ежами.

И что надеть?

Натянув недостающее нижнее бельё, схватила ближайшую рубашку в красно-белую полоску.

Никаких платьев и юбок ради таких зрителей.

Пуговки никак не хотели попадать в крохотные петли.

Боже милостивый, да что такое?!

С тихим щелчком дверь позади раскрылась. Резко обернувшись, замерла у шкафа, так и не застегнув половины пуговиц на груди. Взгляд отчима, цепкий и изучающий, заскользил по едва прикрытому телу.

Проклятье, почему за эти шесть лет я настолько отвыкла закрывать за собой дверь? Как рискнула думать, что в присутствии матери он хотя бы не решится поглазеть?

Сдерживая накатывающую панику, предельно безразлично уставилась в ответ.

— Насмотрелся? Зачем пришел?

— Принёс подарок.

Пухлый конверт пролетел пару метров и упал под ноги, рассыпаясь красными купюрами с тремя нулями. Я уставилась на них с дрогнувшим сердцем.

Слишком много для ежегодного поздравления. Попытка примирения или... намёк на плодотворное будущее?

— Не поднимешь?

Усмешка на его похотливом лице вызвала внутреннюю дрожь. В одно мгновение я словно вновь переместилась в прошлое. В запертую комнату, откуда не сбежать. Только он и я.

— Уходи, — выдохнула почти беззвучно, не осмеливаясь оторвать взгляд от раскиданных денег.

Отчим зашагал навстречу. Дыхание перехватило, с бешено застучавшим сердцем вскинула голову, отступая.

— Не подходи.

— Вы и вправду встречаетесь?

— Не твоё дело, даже если нет.

Тихий смешок сорвался с его губ. Не дойдя метра, Михаил замер, ступив на купюры и подавляя волю безнаказанной решительностью и крепким телом, за которым следил с особой страстью.