Сумеречный стрелок

В малых дозах не смертельная, а после десятой такой чашечки гарантированно в мир мёртвых отлетишь!»

— Как же мне с тобой повезло! — не смог удержаться я.

«Ты уже это говорил», — буркнула Лея. — «И я тебе ещё раз скажу тогда — мясо и с кровью».

— Скоро выйдем на охоту, пока ещё не стемнело, — пообещал я ей, и питомица довольно села рядом с блюдом, внимательно наблюдая, как я поглощаю пищу.

Второе и салат я запил водой, которую тоже проверила Лея, а чай вылил в большой горшок с декоративной пальмой, который стоял возле окна.

Когда Захар зашёл забирать посуду, я обратился к нему:

— Передай Борису, что всё было вкусно. Особенно чай. Такой потрясающий, аж сдохнуть можно. Только дословно передай.

Слуга закивал и испуганно уставился на пустую чашку. Я вышел из комнаты вместе с ним.

Чуть позже я нашёл место, которое не просматривалось из окон «замка», закрытое пальмами и несколькими высокими деревьями. Настрелял четыре чайки, от которых через десять минут остались клюв, лапки, да кучка перьев. Насытившись, Лея сказала, что теперь жизнь прекрасна, а затем исчезла в пространственном кармане.

После омлета, который мне принёс Захар на завтрак, я размялся в тренажёрном зале, который находился в подвале и в это время пустовал. Принял контрастный душ и надел чистый костюм, который мне был явно тесноват. Либо я уже успел набрать мышечной массы, либо Астафьевы нашли портного-рукожопа. Но ради совета клана можно и потерпеть.

Мероприятие проходило в одном из новых зданий, принадлежащих Драгуновым, напротив центрального Сочинского рынка.

Собрались в отдельном зале. Вытянутый стол на двадцать персон. Три больших окна. Удобные стулья с высокими спинками. И десять человек: главы родов, состоящих в клане, и их заместители, то есть ближайшие родственники, которые во время отъезда главы исполняли его обязанности.

Драгунов выглядел не совсем так, как я предполагал. Я представлял главу клана массивным амбалом с хищным взглядом, готовым разорвать любого, кто косо посмотрит в его сторону.

На деле же оказался добродушный старик в очках с позолоченной оправой, с аккуратно подстриженной бородкой, одетый в черный деловой костюм, дополняемый синим галстуком. Он осмотрел всех собравшихся, повернулся и забормотал что-то своему заму, то есть родному брату. Тот ненамного отличался от своего родственника. Только бороды не было, вместо галстука была нелепая красная бабочка, и взгляд более жёстки1.