Эликсир

— Элери! Очнись, — слышу требовательный мужской голос.

Распахнув глаза, первое, что я вижу, это обеспокоенное лицо в миллиметре от моих подрагивающих ресниц. Но я не в силах подать голос, хотя до боли хочу закончить тревожный поток его мыслей— горло будто жгутом стянуто, а тело больше похоже на кусок старого мыла, что давно выкинули в воду, отёкшее и слабое. Противиться остаточному действию отравы глупо сравни абсурду, ведь пока токсин гуляет по лимфе, мышцы так и останутся парализованными. Поэтому мне ничего не остаётся, как бесстыдно разглядывать мужчину, что отчаянно мечется, проверяя то частоту дыхания, то пульс.

Вот он в очередной раз, обхватив запястье пальцами, припал ухом к груди в надежде услышать заветный стук.

— Жива! — тяжело выдыхает, наконец, встречаясь со мной взглядом. На лице отпечаток беспокойства, вот оно пролегло меж широких бровей. Губы плотно сжатые и чуть подрагивающие от эмоционального перегруза. Я впервые замечаю упрямую ямочку под нижней губой и невольно вздыхаю, чем окончательно выдаю свою растерянность.

Не говоря ни слова, Бенджамин Харрис по прозвищу «старина Кинсли» пытается усадить меня, чуть облокотив о широкую спинку зелёного кресла. Но я ещё не в состоянии самостоятельно удерживаться в пространстве, поэтому благополучно сползаю, вернее, соскальзываю обратно в заботливые руки, вдруг осознавая, что и банального «Ой» произнести не могу. А мой босс, кажется, совсем не паникует, будто и сам в курсе, что побочный эффект не вечный.

Не вечный, так ведь? Я уже, правда, и сама сомневаюсь.

Ловко перекинув мои ноги через подлокотники, он оставляет меня в такой несуразной позе и, обойдя стол, выуживает откуда-то телефон и буквально впивается пальцами в него, возвращаясь в своё привычное амплуа властного и непоколебимого владельца парфюмерной империи— снова отдаёт указания. Бедная мисс Дин, не хотела бы я оказаться на ее месте. Я бы вообще хотела быть сейчас подальше отсюда, гулять босыми ногами у подножья вулкана Шишалдина в поисках любимых трав.

Мистер Харрис громко вешает трубку так, что аппарат послабее давно бы треснул пополам. Но через пару секунд снова остервенело бьет по циферблату старенького телефона. Я такой только в интернате последний раз видела.