Винтажный бог

– А где друзья? Уже ушли? Чай попить не зайдут?

– Бабуль, это не мои друзья. Они приходили требовать бабосы за мотоцикл. Ты понимаешь, о чём они?

Валентина Ивановна побледнела и словно поперхнулась словами. А потом произошло нечто странное. Она открыла рот, по привычке собираясь вывалить на меня кучу эмоциональной информации, но потом резко его захлопнула и скрылась в темноте коридора. Я, озадаченный, потопал за ней.

– Это твои друзья, Славик и Коля, вы ж вместе поступать в ПТУ собирались, – бабушка показывала и комментировала фотографии из наполовину заполненного альбома.

Пластиковые листы то там, то тут оторвались от корешка, постоянно выскальзывая из стопки, и являли собой зрелище весьма удручающее. Однотипная одежда затрудняла распознавание как себя, там и других товарищей с картинок, – Ну вот же ты. Не узнаешь, что ли? Славик. Коля. А вот ты. Смотри, какой ты красавец.

С лицом по ту сторону зеркала это изображение не имело ничего общего.

– Нет, не узнаю, – отрицательно мотнул я головой.

– Ты же видела. Это были мои друзья?

Что-то странное в моей интонации заставило бабушку серьёзно задуматься.

– Я не видела. Они тебя покричали в сенях, а я – позвала, даже не выходила из дому.

– Значит, это могли быть не мои друзья?

– Могли, но..

– Где живут Славик и Коля? Можешь показать?

* * *

К Славику нас не пустили. Даже за калитку. Его мама вышла за ворота, руки в боки, и пригрозила в следующий раз на меня собак спустить. Я непроизвольно облизнулся. Да, были такие позорные страницы в моей биографии, ел я собак.

Но хозяйка меня поняла иначе, заскочила во двор с выражением лица «сейчас вернусь». По звуку я определил, какую-то ёмкость с водой. Пришлось спешно брать Валентину Ивановну под локоть и уводить. И вовремя. Вслед нам неслось содержимое ведра после мытья полов. Интересные тут порядки.

Коли дома не оказалось, но, судя по торопливо задёрнутой занавесочке в тот момент, когда я пристально глянул на окно, кто-то очень внимательно нас изучал. Но не открыл. Но изучал.

Бабушка обескураженно, даже не проверяя, иду ли я следом, направилась вниз по улице, а я постоял-постоял в нерешительности, затем шумно прошёл мимо забора с палисадником, а потом рывком присел и пригнувшись вернулся к воротам.

Долго ждать не пришлось. Внутри кто-то откинул крючок – закрытый, словно опасаясь, что кто-то вломится в дом, потом скрипнула входная дверь, раздались лёгкие шаги, и кто-то очень осторожно спустился по едва слышно скрипящим половицам.