Никто не услышит твой зов

— начал было Марк, но она его прервала:

— А ты бы помолчал. Эльнар Гасанович, прошу вас, перейдем к делу.

— Да-да, Жанна Игоревна, конечно, — патологоанатом поправил очки и остановился у стола так, чтобы его всем было видно. — Мужчина, кхм, Мочалов, сорока шести лет. Время смерти между двух и четырех часов утра. Причина: кровопотеря. Ему перерезали сонную артерию. А как известно, кровопотеря из крупных артериальных сосудов приводит к быстрой смерти.

— Недолго мучался, — цинично вставила Прохорова.

— Ну да, — удивленно посмотрел на нее Эльнар Гасанович.

— Других следов на теле не обнаружено. То есть ни следов борьбы, ни частичек, которые указывали бы на это. Он словно не сопротивлялся.

— То есть взрослый мужик пошел на убой добровольно? Его оглушили или опоили, или что? — нахмурившись спросил Константинов.

— Нет. Никаких следов, свидетельствующих об этом, на теле или в организме не обнаружены, — возразил Эльнар Гасанович.

— Это еще одна причина, по которой я к вам обратился, — заговорил Шилов. — Не может быть, чтобы мужчины сами шли на это.

Но наши специалисты тоже не нашли ничего странного.

— Это само по себе странно, что не нашли, — со скучающим видом заметила Прохорова. — Даже у некриминальных трупов часто встречаются синяки и ссадины. А тут чисто, словно его неделю держали в стерильной комнате с мягкими стенами, да еще помыли и провели полную гигиену.

Кирилл удивлённо уставился на нее и бросился перелистывать свою тетрадь.

— Не ищи, — жестом остановил его Шилов, не сводя взгляд с Прохоровой.

— Две предыдущих жертвы действительно пропали где-то за неделю до того, как их нашли.

Прохорова слегка усмехнулась, будто не удивлена вовсе. А вот остальные проглядели то единственное общее, что было у жертв.

— Наверняка и этот тоже, — предположил Марк.

— Скоро узнаем, — кивнул ему Шилов. — Мои ребята уже поехали к нему домой.

— Нам бы тоже поговорить с родственниками убитых, — заявил Калинин так, что возражений не возникло ни у кого... кроме Прохоровой.

— А об этом, господа, вы поговорите в Седьмом отделе, — она строго обвела всех взглядом и уставилась на Эльнара Гасановича.

— Будьте добры, убрать труп из нашего морга в человечий.

Шилов вскинул брови от такого обращения к людям, но промолчал. Что тут скажешь — нелюди.

***

— Давай подытожим, — вздохнул Ворон. — Твой сраный голос говорил тебе убивать девушек, потому что они были грешницами?

— Да, — кивнул Горелов.

Они находились в маленькой комантушке, гордо именуемой доспросной.