Жить, чувствовать, дышать…

Часть стаи они, кажется, подобрали уже в России… Или в Сибири даже? Там у них интересный паноптикум собрался, было на что посмотреть.

– Вы там в Москве своей, совсем, что ли, страх потеряли, раз у вас шабашиты спокойно по городу разгуливают? – раздражённо поинтересовался Иван Кириллович. Мария сладко улыбнулась ему:

– Поскольку князь не велел ничего против них предпринимать – мы и не предпринимали. Их передвижения контролировались, и в случае чего… Только не могло возникнуть такого случая. Мы с архиепископом Цветаной обсудили условия предывания стаи в столице и вполне поняли друг друга, так что…

– Твари вы, всё-таки.

Главное, чтобы в вашем городе порядок оставался незыблем, а что натворят эти безбашенные шабашиты в других местах – вам без разницы.

Мария сурово ответила вентру-отступнику:

– А мы знали, с кем имели дело. Стая Несовершенства, при всём их высокомерии и мерзких и опасных привычках вроде кормления и убийств в людных местах, всё-таки умеет слушать и слышать, и к переговорам иной раз склонна… В том случае, конечно, если у их дуктуса сносное настроение, и фаза луны ей кажется подходящей для того, чтобы говорить, а не убивать сородичей.

И да. Архиепископ Цветана могла этой стае просто приказать проявлять хотя бы видимость приличия.

Шольц, внимательно прислушивающийся к разговору старейшины и служителя, оспорил последний довод Марии:

– Они и проявили, да. Когда славно попировали в самолёте, а потом натравили эту бешенную малкавианку.

Раду, на князя!

– То есть какой-то шабашит… Малкавиан… Убил и выпил вашего князя? Вам самим-то не смешно? – произнёс князь одного из крупных соседних городов, расположенного на востоке. Мария помнила, что этот мужчина со сложно произносимым немецким именем Адальберн фон Дахау цу Аугсбург – тоже малкавиан, вот, похоже, и вступился за представителя своего клана… Хоть и шабашита. Москвичка неодобрительно покачала головой:

– Всё не так просто, уважаемый Адальберн. Рада была не обычной малкавианкой.

Она из лопатоголовых, выкопышей. Этих тварей в Шабаше водят на цепи или держат взаперти, выпуская только в бой, как особенно опасное оружие. То, что Рада оказалась на свободе, да ещё и сумела убить и выпить князя – крайне странно, но ничего невозможного я в произошедшем не вижу.

– То есть для Вас нормально, когда в стае сородича держат на цепи? – произнёс её собеседник со странной интонацией: скорее довольно, чем возмущённо.