Следствие по магии 3

Результат на карте мира: где сейчас Атлантида? Даже не миф, а так, сказочка, без места.

А они не порвали ткань, даже не хотели. Всего-лишь игольное ушко! А тут! Ай!

Осколок асфальта проколол руку вернув меня из размышлений в ту часть мира, где я восседала.

Как мне домой то добраться? Сивка свинтил вместе с богатырями, паразит, не мог подождать? Или так выдохся? Что-что, а я его гнала быстрее ветра. За минуту, да по правильному адресу, молодец. Паразит, но молодец.

Навь, как раненый зверь не отзывалась. Ей все еще больно, открывать проход в месте недавнего разрыва, я пока не самоубийца.

Придется по старинке.

Здесь произошел взрыв, при мне ни документов, ни сотового. Минут через пять, сюда прибудут все возможные службы: военные, МЧС, врачи, полиция. А тут я такая, босая, без опознавательных знаков и без травм, царапинки и пыль не в счет. Меня, конечно, отпустят, через некоторое время, но вопросы, какими судьбами я в это время на дороге Тамани повиснут в воздухе.

И на работу стуканут. Оборотни меня сами порвут.

Я же как обычно без них. Скоро прикуют себя ко мне браслетами…

Я лежала на остатках асфальта и смотрела на яркое солнце, пробивающееся сквозь дым и пожар. Сил не было уйти подальше и нырнуть в Навь уже там. Я тоже устала, как никогда прежде.

Мысли вернулись к произошедшему. Разорвать ткань миров! Уму не постижимо. В архивах такие записи кроме Атлантиды я не припомню. Это так сейчас идет война?

Война, я попробовала это слова на вкус. Горелый, солоноватый, хрипящий…Мысль билась в воспалённый мозг.

С кряхтением опираясь на руки села, помотала головой, получив растрепанной косой по лбу. Война…

— ВОЙНА!

Замер огонь, замерли крики, время притормозило, словно увязло, растянувшись по дороге.

— ВОЙНА! Иди сюда!

— Что орешь, Голос Рода?

Сквозь замершую завесу огня прошел рыжий конь, со своим золотым всадником. Огонь учтиво касался коня, но даже малыми искрами опасался коснуться одежды всадника Апокалипсиса. Золотая броня звенела при каждом шаге, ударяясь о его кости.

Со стороны картина, я как последняя оборванка и золотой рыцарь. Или библейские мотивы, Война в своем великолепии или ужасе.

— Твоих рук дело?

Я все еще сидела на дороге, щурясь, смотрела на собеседника и даже порыва не сделала встать.

— Умом тронулась, птичка?

— Умом тронулся ты! Что творишь? Уж ты то понимать должен, чем грозит разорванная ткань.

Всадник замер, опустив голову. Он был раздражен, может зол, но не при делах.