Влекущий голос безумия

Девочка вцепилась в протянутую руку Элизабет, дёрнула, что было сил, увлекая за собой - заставляя сделать три-четыре быстрых шага.

Элизабет упёрлась - надо остаться на месте, может даже вырвать руку из хватки девочки со страшными глазами.

Сзади к ноге Элизабет прикоснулось что-то обжигающе горячее. Впервые, с момента, когда она вошла в эту комнату, девушка подумала - а что если это всё взаправду?

Малышка вновь потянула девушку за собой. Внезапный ожог и настойчивость ребёнка, умноженная на силу, свойственную, скорее, взрослому, заставили Элизабет двигаться.

Она качнулась вперёд, наклонившись всем корпусом. Из-под ночной рубашки выскользнул кулон, качнулся из стороны в сторону, попытался запутаться в складках одежды.

Позади что-то шуршало, скребло изуродованный пол странной комнаты - одновременно ванной в пансионе и гостиной в дорогом доме. Жар вновь приблизился к спине девушки. Она ощутила, как волосы на затылке начинают сгорать, закручиваясь от температуры ещё больше. Совсем не к месту мелькнула мысль об испорченной причёске.

Однако, мысли о волосах уступили место страху за ноги, стоило им двоим - ей и девочке в платье в горошек - оказаться возле разбитого окна.

Вот здесь появились запахи. От валяющейся в проёме туши тянуло сгоревший мясом и палёными перьями. К этому противному запаху, добавлялся запах каленного железа, словно только что вынутого из пламени.

Вокруг мёртвого чудовища переливались огненными всполохами осколки стекла. Большие и мелкие, они отражали нечто, движущееся следом за людьми.

Отчего-то преследователь держался чуть в отдалении. Не отставая, но и не приближаясь.

Мучительно хотелось оглянуться - увидеть от чего её уводит девочка. Мешали стёкла под ногами. Их оказалось очень много - приходилось быстро соображать, как поставить ногу, избежать пореза.

Оконный проем словно плыл навстречу, всё увеличиваясь и увеличиваясь.

Девочка нырнула под развивающуюся штору, стараясь скорее оказаться по ту сторону окна. Что там? Мысль мелькнула и пропала.

Девочка словно влетела в туго натянутую ткань театрального задника, имитирующего ночь на улице. Девушка почувствовала, что проваливается вперёд - малышка больше не тянула её за собой.

От придвинувшегося сзади жара, ещё часть волос на голове Элизабет стала короче. Позади захрустело битое стекло.

Проснуться! Проснуться, пока ещё есть время!

Девочка со злостью ударила в тёмный проём окна, растянувшегося теперь от потёкшего, будто воск, пола, до закопчёного потолка.