Весенний Маскарад

— Да, Итчи — моя правая рука, иногда — правая голова, — с гордостью объявил Коган, ударив меня по плечу. — К ней на козе не подъедешь. Поэтому советую тебе выбирать выражения. Да, и считаю инцидент исчерпанным. У нас тут не детский сад. Раз уж ты, Прэди, решил к нам обратиться, ты должен нести ответственность за своё решение. У нас с тобой был контракт: мы тебе помогаем, ты платишь. Мы между прочим для тебя задействовали наш самый элитный и дорогой ресурс — Итчи.

— Кто-нибудь скажет вашей паханше, в чём дело? — посмотрела я убийственно на Когана.

И деловито отошла к стенке, встав рядом с Джиллсом и привалившись одним боком о косяк.

Присмиревший Прэди рассматривал спектакль, который тут устроили. Коган иногда был большим циркачом.

— Скажем. Пойми, Прэди тебя не знает. Не видел в деле. Ты уж прости его, неразумного, — примирительно заговорил Джиллс. И тихо зашептал, пока в это время Локуст и Коган точно также шёпотом что-то втолковывали Прэди: — Ты когда первый раз к нам пришла, произвела такое же точно впечатление.

Разве не помнишь? У тебя отличное прикрытие. На тебя смотришь — и видишь такое эфемерное существо, эльфийку такую беззащитную. В жизни по тебе не скажешь, что у тебя стальные мускулы, которые я сам испытал на себе во время Боёв без правил.

Бои без правил — так назывались наши совместные с шайкой Когана и Питом с Джейн игрища. На велосипедах мы уезжали в парк, поглубже и подальше от ненужных глаз, и там дрались. Но наши драки носили исключительно тренировочный характер.

Джиллса я несколько раз укладывала на лопатки. Конечно, он по-джентльменски поддавался, хоть и очень это стремился скрыть. Он понимал, что не честно драться со мной из-за большой разницы в весовых категориях.

— Ладно, проехали, —махнула я рукой. — Так что стряслось? Кого замочить надо?

— Вот это я понимаю — разговор! — Локуст весело поднял большой палец вверх.

Прэди что-то недовольно ответил Когану и кивнул. Наверное, Коган убедил его, что я умею-таки не только постоять за себя, но и за других.

Например, за когановских клиентов. А Прэди представлялся клиентом весьма нервным. Терпеть нервных не могу!

— В общем, дело такое. Прэди у нас активист. Староста одиннадцатого, группы «А». Через год мы там все будем, —проговорил Коган загробным голосом, будто переход в одиннадцатый класс — всё равно что путешествие в Страну Мёртвых.

Я понятливо кивнула. Вот, значит, в чём дело. Гордый староста выпускного класса с чем-то пришёл в шайку Когана.