Весенний Маскарад

А то забудет он нам всё рассказать, старшие коллеги заберут это дело, а мы так ничего никогда и не узнаем, —вздохнул Пит.

Я отжалась ровно сто раз и делала вдох-выдох. Пит принялся оккупировать тренажёр для качания мышц ног. Джейн долезла до каната и теперь лазила по нему вверх-вниз как обезьяна, стараясь удержаться на одних руках, не используя ноги. Я подложила мат поближе к шведской стенке, закрепила у перекладины ноги и начала качать пресс. Тоже сто раз.

— Стоит реально ведь смотреть на вещи, — продолжал Пит.

— Никто к нам не подходил с заданием. И вряд ли подойдёт. Фрэнк и Аманда вообще забыли, что мы слышали этот разговор.

— Пит, не нагнетай. Даже если не судьба нам искать украденную рапиру — найдём себе новую миссию, —подбодрила я.

Семь. Восемь. Девять. Стараться, чтобы спина была прямая. Ноги не двигаются!

— Да уж, хотелось бы. Я уже чувствую себя несмазанным заржавевшим роботом, который пылится на складе, — пожаловалсяПит.

Двадцать три. Двадцать четыре. Двадцать пять.

— Ром как-то рассказывал, что у него был период, когда целых четыре месяца ему ничего не давали, —Джейн слезла с каната и стала прохаживаться возле него, махая руками, чтобы отдохнуть.

— И он сам ничего не мог найти, как ни странно. Он тогда занимался тренировками, самообразованием и учился контролировать свою силу. Это было в начале его карьеры.

— Да, уж наша-то карьера, в отличие от карьеры Рома, бурно летит на взлёт, —пошутил Пит. — Да, четыре месяца без спецзаданий — это жестоко! Клот, вот ты бы смогла четыре месяца без спецзаданий?

— Честно? Нет.

Тридцать один…

— Что? Что тридцать один?

— Тридцать два. Тридцать три.

— Клот точно права в двух вещах. Первая вещь: если так суждено, значит, будет у нас миссия. И вторая вещь: во всех ситуациях, что бы ни случилось — качай пресс! — пошутила Джейн.

— Джейн, я тебя мысленно обнимаю. Тридцать шесть.

— Тридцать шесть раз?

— Уже тридцать восемь.

Упражнения я сейчас выполняла формально, на автомате. Все мысли — о рапире. И о том, что вряд ли нам дадут с бухты-барахты это расследование, Пит прав.

Им занимаются взрослые серьёзные умудрённые опытом матёрые коллеги: Барт, Фрэнк. Пропажа такой ценности — дело международного масштаба. А вот мы сейчас позанимаемся в зале, выйдем усталые после душа и пойдём домой. Сегодня суббота. Завтра воскресенье. А послезавтра в школу. И понесутся обычные дни, один другого серее. А тут ещё эта весенняя канитель. Такое же настроение сейчас у моих друзей.