Арктическая академия. Часовщик

Момент с вазой забыли, но до конца вечера я ловил на себе заинтересованные взгляды Владимира и Лизы. Похоже, они поняли, что я использовал талант, чтобы избежать неприятностей.

— Лизочка, возьми добавки, милая! — Галина подложила на тарелку девушки ещё один кусочек пирога, и та состроила благодарную мордашку.

— Спасибо, тётушка! Вы точно хотите меня раскормить, чтобы я в вагон не поместилась и осталась с вами.

— Брось, у тебя отличная фигура! — поспешила успокоить её Галина. — А вот за свои формы не ручаюсь.

— Не волнуйтесь, вы после трёх родов отлично выглядите, так что вам совершенно нечего бояться, — Лиза тут же поспешила успокоить тётку и вернуть комплимент.

— От этих любезностей меня сейчас стошнит прямо в тарелку! — прошептал Родион, склонившись над моим ухом, чтобы его не слышали остальные.

— Зря ты так! Мне этого не хватало в жизни. Я был единственным ребёнком в семье и рос без отца, а мои семейные вечера проходили в ожидании, когда мать вернётся с работы или свидания с очередным ухажёром.

— Сочувствую! — тут же изменился в лице парень. — Но иногда мне бы тоже так хотелось. Свобода! И никто не учит тебя как жить.

После ужина мы с Родионом убрали со стола и перемыли посуду. У Серафимовых были деньги на прислугу, но Владимир ограничивался минимальным персоналом, считая, что элементарную работу по дому члены семьи должны выполнять самостоятельно. Как я понял, из прислуги у Серафимовых работали два водителя, две горничных, несколько охранников и целитель, который следил за ходом беременности Галины Юрьевны.

— Арсений, можно тебя на минуту? — Владимир Михайлович старался придать своему виду максимально дружелюбный вид, но тон его голоса не давал сомнений, что это не предложение, а приказ.

— Конечно! — я не стал усугублять положение и легко согласился.

Мы отошли в другую комнату, и Серафимов-старший запер за собой дверь. Видимо, этот разговор не предназначался для посторонних ушей.

— Скажи, ты ведь не просто скоростник? Я видел как ты ловко схватил вазу, но ты поднялся с места ещё до того, как Галина зацепила её.

— Верно. Мой талант заключается не только в скорости. Сложно объяснить...

— Но ты уж попытайся. Я не стану на тебя давить, но и ты меня должен понять — я хочу знать, с кем имею дело, и кто живёт в моём доме, а я не люблю, когда от меня что-то скрывают.