Беспорядок вещей

Так что жизнь мне удалось изменить кардинально – ни о каком одиночестве речь не шла.

К шести часам я успела прибраться в квартире и испечь новый пирог. В моем гардеробе отыскалось вечернее платье, с каких-то незапамятных времен. Длинное, черное и закрытое. Я соорудила на голове нечто, отдаленно напоминающее высокую прическу, и критично посмотрела в зеркало. Получилось слишком скромно, в стиле моей покойной бабушки. Я безумно ее любила, но не хотела давать Нине повод насмешливо закатить глаза. Все-таки я иду на банкет, а не на собрание читательского клуба.

Нужно одеться наряднее и не выделяться среди гостей. Лишнее внимание мне ни к чему.

Поразмыслив, я затянула шнуровку на платье потуже и распустила волосы. Черные пряди рассыпались по спине, правую половину лица закрыла длинная челка. Я заколола ее бабушкиной жемчужной заколкой, а на платье прицепила брошь с камеей. Косметикой я не пользовалась. Не понимаю, зачем специально стараться понравиться людям. Это своего рода ложь, а я ненавижу ее сильнее всего на свете.

Влад проявил чудеса пунктуальности и явился без опозданий. Оглядев меня, он сказал, что я выгляжу «готичненько», и гордо выпрямился. Наверное, весь день провел в поисках однотонной рубашки – и не зря. Хоть на человека стал похож. А вот причесаться не удосужился. Русые космы торчали во все стороны, как у персонажей обожаемого им аниме. Я попыталась пригладить его волосы, но они оказались упрямее меня. Черт с ними, вдруг сойдут на банкете за какую-нибудь модную тенденцию.

Особняк Зорьевых был роскошен и продолжал насмехаться над словом «скромность». Зеркала, мрамор, позолота да изысканные классические интерьеры на каждом шагу. Настоящий дворец. Нежилая часть кишела людьми. Не знаю, как Михаил представляет себе большой банкет, но на этом маленьком было человек сто. Влада поразили картины в коридоре. От него повеяло истинным благоговением, у меня аж дух перехватило. В отличие от него, я художественных институтов не оканчивала, поэтому абстрактные фигуры в блестящих рамах казались мне нелепыми.

Стало обидно, что я не в силах оценить нечто прекрасное. Впрочем, любоваться произведениями искусства было некогда. Я напомнила об этом Владу и увела от картин. В главный зал мы вошли вместе.

Зорьев явно позвал нас не к началу банкета, потому что праздник был уже в разгаре. Столы ломились от закусок, по залу сновали официанты с подносами, фоном лилась приятная живая музыка. Гости в вечерних нарядах разбились на группы.