Повелители Лабиринтов

Это же «Карьерная лестница»! Лабиринт!

* * * * * *

«Так. Либо астрологи объявили удвоенное количество Лабиринтов, — подумал я, — либо то место, откуда я только что выбрался — не Лабиринт».

Но если «Закусочная кошмаров» — это не Лабиринт, то... что? Что оно, чёрт бы его побрал, такое? Вздохнув, я посмотрел на дверь, из-за которой минуту назад выскочил. Теперь это была обычная металлическая дверь, ведущая на какой-то этаж. А она ничего, к слову — чистенькая... Ни царапин, ни каких-либо рисунков.

.. Прислушиваясь к ощущениям, я внезапно понял, что условия в «Карьерной лестнице» изменились. Раньше в этом Лабиринте можно было двигаться исключительно в одну сторону — вверх. А сейчас... Сейчас я могу направляться, куда пожелаю. Хотя бы и вниз.

Развернувшись, я посмотрел в сторону лестничных пролётов. Вот тебе, бабушка, и Юрьев День. Это что же получается — Лабиринты могут менять свои основополагающие условия на прямо противоположные? А-бал-деть, дайте две. Ну, что ж... Такое надо исследовать.

Потому что наставники — это хорошо, но побывать в закрытой до этого момента области Лабиринта — бесценно. Меня даже Стефания не поймёт, если я не осмотрю хотя бы... Оу.

Посмотрев вниз между лестничными маршами, я увидел, что на парочке просматривающихся этажей освещение есть, а вот на тех, что располагаются ниже — отсутствует. Мало того — я с удивлением констатировал, что обычно бесконечная лестница стала конечной. И заканчивается этажей через пять, не больше.

— Жаль, что вы этого не увидите. — сказал я, обращаясь к своим друзьям, и, поправив плащ, принялся спускаться по лестнице.

Глава 3. Наставники отменяются

Первые два этажа лестница никак не менялась — всё такая же освещённая и с хорошим ремонтом. Гладкие выкрашенные стены, ровные ступени, неповреждённые поручни... Но попав на третий по счёту этаж я угодил в конкретный постапокалипсис. Краска на стенах стала потрескавшейся и частично осыпавшейся, с поручней пропало покрытие, а лампы и проводка исчезли, не оставив следов.

На ступенях лестницы появились обширные сколы и длинные царапины, словно бы от ударов чего-то тяжёлого.

Оказавшись на последнем пролёте лестницы, я остановился и, обновив свой волшебный барьер, прислушался. Везде было тихо. Лестницу и вытянутую площадку, на которую она приводила, покрывал толстый стой пыли, а на стенах темнели непонятные письмена. То ли Руны, то ли просто некая примитивная кабалистика.