Алая искра

От этого, он беспокойство ненадолго отступал.

Прогуливаясь по городу, он заглянул в почтовый станцию расписав семь пергаментных листов, поставив пометку военачальника с пометкой срочно и продолжил прогулку к лекарям. Хоть, он провел всего день после травмы, но позволять отдыхать, дальше не мог. Без него всадники были всё равно без головы. Другими словами, он нуждался в него, хотя осознавал, что хоть народ за него, но Тару уже выделялся среди других, и мог в будущем претендовать на его место главы города.

Он все ещё лежал в койке осматривая из окна койки в стены домов и разные оттенки крыш.

Где-то глубоко в себе завидовал тем, кто жил в них. В некотором смысле они жили жизнью, который у него никогда не будет. А всё из-за решения, который от него никак не зависел. Будто кто-то уже все решил за него, перед его рождением, хоть они и добились куда выше высот, тем родители, но это было не его воля.

Пятое глава: Прощание

Сам запросто все променяли бы, проживая жизнь одного из этих масс, оставаясь всего лишь знакомым для боевых товарищей.

Без всякой клятвы, который дал с дуростью в молодые годы. Перед народом он был, тем кого ставят в пример, но для себя являлся обманщиком. Тем, который не заслужил признания, даже и близко не подошел.

И чтобы сбежать от этих мыслей, он постоянно убегал с отрядом из стен города, а охота было всего лишь причиной для этого. Сражаясь с белыми медведями, моржами, волками, помогая товарищам, принося добычу в город, он сосредотачивался в процессе, не занимая голову лишним словами.

Причиной чтобы не возвращаться сюда, в чужой для себе городок.

Однако, сейчас как бы он не старался, в итоге остался один на один со своими мыслями и прежде всего с страхами. Самой большой его страх, давно сместил сам факт смерти, изменив саму конструкции понятий. Это было сожаление, так как прекрасно осознавал, что никто и никогда не ощутит боль утраты после его кончины. У него никогда не будет жены и детей, что вспоминали бы его как о человеке.

А к товарищам, он скорее был как командующим, которого вспомнят невзначай в трактире за кружкой эля, вина и горячительных напитках.

Решив наконец уйти из города, решил встать и выйти в город, посчитав, что его всё равно никто не будет останавливать. Смертников в городе кроме них, никого нет.

Как только вышел из госпиталя, к нему подбежал лекарь, что-то невразумительное крича вслед, остановившись от удивления увидел перед собой пожилого человека с длинной конусообразной бородой.