Благие намерения

– Слушай, если входная дверь была заперта, то как ребята тогда сюда зашли? – неожиданно задала я волновавший меня вопрос.

– Не знаю. Встретим, спросим. Надеюсь, они не решили нас напугать таким образом. А то я их сам тогда прибью, – отозвался друг.

В этом плане мы с Матвеем были схожи – оба терпеть не могли попытки испугать в неподходящее время.

– Будем осматриваться или сразу в кабинет?

– Давай сначала пройдёмся снизу, вдруг что сможем найти. А через пятнадцать минут встретимся у лестницы на второй этаж. Я заодно пока напишу ребятам, чтобы сильно долго не блуждали по особняку.

Скажу, что мы уже внутри.

Сверив время, мы с Матвеем разошлись в разные стороны. Я решила исследовать правое крыло дома, а друг отправился налево. С трудом понимая, что нужно искать, я просто заходила в каждую открытую комнату в надежде найти что-то ценное: документы, вещи старых жильцов, следы насильственной смерти или драгоценности.

Хотя предпоследнее мне не очень хотелось видеть, а вот если найду драгоценности и совесть позволит забрать, то с продажей могут возникнуть проблемы.

Искать покупателя придётся не в этом городе и возможно, даже не в этой области. Так как безопасность превыше всего, а все местные очень хорошо осведомлены про этот особняк. Между собой называя его всего одним словом – проклятый.

Осмотрев свою часть дома и поняв, что ничего, кроме пыли и старой мебели, важного обнаружить не удалось, я, с поникшим настроением, направилась в сторону лестницы. Остаётся надеяться, что в кабинете будет хоть что-то.

Так как, судя по тому, насколько пустыми у меня были комнаты, не было ничего, что могло остановить мародёров от… мародёрства. Выносить не стали разве что самую крупную мебель. Но ещё не вечер, может, через пару лет и её вынесут. А потом и дом разберут по кирпичикам, чтобы добро не пропадало.

Я хоть и не верю во всю эту мистическую чепуху, но всё равно считаю, что уважение к умершим должно быть, особенно, если ты собрался вломиться в их дом. Последняя комната в моём крыле, так и вовсе была полностью разрисована граффити, а на полу лежал ковёр из пыли, бутылок и окурков.

Подобному раскладу я не сильно удивилась, но мне почему-то стало грустно. От нахлынувших эмоций я машинально села на ступеньки и уставилась прямо перед собой, чтобы немного разгрузить мозг от тяжёлых мыслей.

Друг вышел откуда-то сбоку ко мне через несколько минут и, увидев, что я на него смотрю, отрицательно покачал головой в знак того, что у него тоже по нулям.