Знаки

Но железный стол у дальней стены разительно отличался от всего остального.

Его массивные изогнутые ножки покрывала чёрно-охряная ржавчина, но столешница поблескивала матовой полировкой. В центре столешницы лежал кусок серой подгнившей ткани. Лена подошла ближе, чтобы рассмотреть лежавшие на ткани предметы, но остановилась на полушаге, зажав рот рукой. Почему-то лишь сейчас она поняла, что здесь пахнет ладаном и тленом.

На ткани кто-то разложил сухие ветки, переплетенные с пучками травы и… костями. Девушка точно разобрала несколько черепов, вроде бы кошачьих.

Ещё были птичьи. Однако мурашки по спине пробежали не из-за них. В глубине жуткой композиции аккуратным треугольником лежали человеческие черепа, но слишком маленькие, чтобы принадлежать взрослым людям. Старые, жёлтые, но оттого выглядевшие ещё страшнее.

– Господи, – вырвалось у Лены.

– Не думаю, – Каин направил фонарь выше и девушка проследила за световым лучом. Над столом она увидела три узкие ниши, прикрытые мутным стеклом и железными решётками.

Стекло местами треснуло, где-то осыпалось. Поэтому девушка хорошо рассмотрела то, чем были заполнены ниши.

Она тихонько заскулила, зажмурилась изо всех сил. Каин подтащил ей какой-то ящик и девушка села на него.

– Сколько их здесь? – Лена вся дрожала, в горле встал отвратительный ком, который нельзя было ни сглотнуть, ни выкашлять.

– Сотни, – ответил Каин, поведя фонарём в сторону. Оказалось, такие же ниши есть в каждой стене. И все были набиты до отказа.

– Похоже, легенда солгала.

Точнее, сохранила лишь часть правды. Очень небольшую часть, – Каин взял Лену за подбородок и мягко, но настойчиво приподнял его, чтобы посмотреть девушке в глаза. – Не вздумай плакать. Не оставляй здесь своих слёз.

– Ты и окурок мне выбросить не дал, – вспомнила она, снова уронив голову на грудь. – Теперь плакать запрещаешь. А сам пол-леса кровью залил!

– Та кровь для ритуала. Поэтому всё, что осталось от меня в лесу, пустое. Через такую кровь не навредить, – он посмотрел на девушку сверху вниз.

– Но твои слёзы и слюна на окурке – живые. Для подобных мест, плохих мест, это как лазейка.

Он перестал объяснять, а Лена больше не спрашивала. Она просто сидела на ветхом ящике, уткнувшись в свои руки.

«И такие люди правда есть? – думала девушка. – Они среди нас? Не случайные убийцы, отнявшие чью-то жизнь по глупости, невнимательности или ошибке. А убийцы подлинные. Убийцы детей. Настоящие чудовища, чьи души отковали в аду».

И снова гнев залил её вены.