Мои три жизни

Женщины тут могут за всю жизнь произвести только одного ребёнка, у женщины созревает лишь одна яйцеклетка.

Если бы не долгожительство, народ бы уже вымер, но так как почти никто не умирает, в семье могут жить представитель семи поколений.

Если кто-то не согласен ждать годами, то может переселиться в другие миры. Правда, тогда свойства неуязвимости и бессмертия теряются, они привязаны всего лишь к одной планете.

На этой райской планете родился обычный ребёнок. Для нас обычный, для них инвалид. Такого никогда не было.

Но случилось снова. Второй случай подряд. Если первый посчитали случайным отклонением, то второй уже стал трагедией.

Если так пойдёт и дальше, численность населения начнёт уменьшаться. К нам обратились с просьбой разобраться в этом и излечить двух детей.

Глава 14

Новый Опекающий более разговорчив, в отличие от предыдущего, из-за которого я попала в передрягу.

Он мне детально объясняет, что и как я должна делать и, главное, почему. Задаю вопрос, почему прошлый так не рассказывал.

-Молодой, неопытный. Понёс наказание.

- Какое?

- Два года учёбы, повышение квалификации, без права вернуться в то же время.

- То есть, для него эти два года в реальном мире пройдут?

-Любой мир реален, но его не будет дома два года.

Далее, инструктаж, как вести себя, что делать.

Мне выдаётся мантия, которую я должна носить там, как знак отличия, чтобы всё видели, что я посланник.

Надеваю балахон с капюшоном темно-фиолетового, с переливами цвета. Сначала показалось, что это трикотаж, но присмотревшись, вижу, что это кольчужная ткань, состоящая из мелких, едва видных глазу колечек.

Но мягкая, словно шёлковая.

- Чудо инженерной мысли. В жару охлаждает, в холод поддерживает комфортную температуру. Самоочищаемая. Механически не повреждается, защищает от агрессии - гасит удар камнем, стрелой, арбалетный болтом. Уменьшает ущерб при пулевом попадании, самовосстанавливается.

После окончания миссии подлежит возврату.

Посмотрела на себя в зеркало.

В таком наряде никто не поймёт, кто я, мужчина или женщина. Накидываю капюшон. О-па! Моего лица не видно. Как будто под капюшоном тёмный провал.

- Это так и должно быть?

- Да, для анонимности. Никто не должен знать, кто мы.

Берет меня за руку, и мы уже на туманной дороге.

- Сколько времени мы будем идти?

- Здесь времени нет. Но если бы было, то четыре ваших часа.

- Можно нескромный вопрос?

- Для меня не существует нескромных вопросов.