Пожиратели

На удивление, графиня не стала задавать много вопросов, о причине такой неожиданной просьбы, а Хэтклиф в свою очередь заявил, что считает себя достаточно взрослым, для того, чтобы брать на себя всю ответственность за свои слова и поступки, в том числе принимать участие во всех важных собраниях, как полноправный член совета. Это несомненно, польстило графине, как матери, и она дала свое согласие, тем самым разрешив любимому сыну впервые выступить от собственного имени.

Глава 8 Собрание. Это Конец?

На следующий день в десять часов утра, заранее встретившись с Рейфом, мы втроем отправились в замок.

Войдя в зал для собраний, я испытала сильнейшее чувство дежавю. Все было почти также, как в тот вечер, когда я впервые приехала сюда. Огромное количество людей, сотни взглядов, направленных в мою сторону и так по-аристократически недоумевающих: «Что же еще эта девчонка выкинет?». Похоже, никто из них даже не считал возможным простить меня за мое неуважение к правилам всеми чтимого этикета. Больше не имея в моих глазах никакого авторитета, они, похоже, просто не могли с этим смириться. Но когда следом за нами вошел Рейф, со всех мест огромной волной нас захлестнули звуки удивленных возгласов, недовольства, испуганного шепота и неодобрения.

Конечно, все они узнали его – Рейфа Кипбриджа, одного из предводителей первого и последнего движения повстанцев, по вине которого, как они думали, погибли многие из их близких. Жаль, что до сих пор большинство из них так и не поняли, ради чего были отданы эти жизни на самом деле.

Мы остановились, встав посередине зала рядом с трибуной, а возмущенные фразы в адрес Рейфа продолжали сыпаться на нас со всех сторон, как мелкие иголки.

- Кибридж?

- Что он здесь делает?!

- Он разве не в розыске?

- Преступник!

- Предатель.

Не выдержав, Рейф буквально прошипел.

- Ненавижу всех этих тупых напыщенных идиотов, они слепы и ничего не видят кроме своих чинов и жадности. – ненависти в глазах и голосе Рейфа с лихвой хватило бы, чтобы затопить и сжечь дотла весь этот замок со всеми присутствующими.

Словно злобный пес на цепи, он готов был сорваться в любую секунду и перегрызть глотку каждому, кто из-за своей ограниченности и глупости не понял бы ни единого его слова.

Складывая вместе слова Рейфа и свои мысли, я теряла уверенность в нашем решении с каждой минутой. По всему телу невольно прошла крупная дрожь, еще немного, и паника охватит меня полностью.