Когда-нибудь никогда

В конце концов, когда одна из крупных снежинок попала мне в глаз, я не выдержала и спросила громко, пытаясь перебить ветер и снег:

— Может, ты наконец отведешь меня на остановку?

Яр обернулся и посмотрел на меня.

Я бы с радостью ответила ему тем же, но глаз у меня так и не прозрел, а другой я прятала, чтобы окончательно не ослепнуть. Не судьба нам друг друга увидеть, что теперь.

— Может, зайдем погреться? — предложил Яр. — Погода совсем испортилась.

Я кивнула. Ну а что оставалось? И маг потащил меня дальше.

Двадцать три шага — я считала — и пискнула подъездная дверь. Мы вошли внутрь, и дверь тут же захлопнулась. Я стянула варежки и принялась протирать несчастный глаз, так что не сразу обратила внимание на окружающую нас обстановку.

Подъезд оказался знакомым.

— Моя сестра сегодня ночует у молодого человека, — заметил Яр. Я вскинула брови:

— Рада за нее.

Несколько секунд он молчал — как оказалось потом, решался.

— Не хочешь вспомнить былые времена? Ну, замковые…

— Не хочу…

На этом намеки закончились, и Яр предложил прямо:

— Оставайся сегодня на ночь здесь.

Трогать тебя не буду, обещаю. Завтра утром отвезу тебя к общежитию. Отвез бы и сейчас, но не рискну в такую погоду садиться за руль.

— Ты можешь прямо сейчас отвести меня к остановке, вот и все. Какой-нибудь такой, от который автобусы ходят и по вечерам, а не час за сутки. Или, что ещё лучше, я попросту могу дойти до нее сама. Только скажи, куда.

В это же мгновение по двери ударил поток воздуха, эхом пробежал по подъезду.

Выходить наружу редзо перехотелось. Впрочем, я и до этого желанием не горела… Но оставаться на ночь у Яра? Белого мага, который, акк оказалось, знает мою матушку лучше, чем я? Так себе развлечение.

— Пройти осталось совсем немного, — заметил Яр будто между прочим.

— Домашку надо делать. Если вы, медики, по субботам не учитесь, то мы…

И тут же вспомнила, что завтра у меня стоит три лекции подряд. И физкультура. Ничего, что требовало бы подготовки. По крайней мере, сегодня.

— Между прочим, тебя я тоже ненавижу, — бросила я и шагнула по лестнице. Вверх. К теплой квартире.

— Не могу ответить взаимностью.

Он вдруг коснулся моей голой ладони. Пальцы у Яра оказались обжигающе ледяными. Я обернулась и шумно выдохнула воздух. Заметила:

— Ты совсем замерз, идиот. Потом заболеешь и обвинишь меня.

— Я давным-давно болен.

— Головой. Да, по тебе видно.

Мы остановились возле ведущей в квартиру двери, Яр принялся возиться с замком.