Когда-нибудь никогда

Так почему ты здесь?

В Вике до сих пор сохранилась эта удивительная особенность — рушить все самой, а потом обвинять в этом кого-то другого.

— А почему я не могу здесь быть?

— Никогда не понимала твоей логики, — Вика покачала головой. — Пройдемся? Знаешь, Яна, мне кажется, ты пришла за тем, чтобы посмотреть, как я буду ломать себя. Ты ведь знаешь, что я хочу сказать?

— Понятия не имею.

— Да ладно, — не поверила Вика. — А мне кажется, что ты отлично все понимаешь. Или имеешь определенные догадки.

Мы вышли со школьного двора и оказались вблизи одной из детских площадок.

— Предпочитаешь места потише? — поинтересовалась Вика. — Или хочешь, чтобы моим унижением насладилось как можно большее число людей?

— Ты думаешь, окружающим мы небезразличны настолько, что им есть хоть какое-то дело до чьих-либо унижений?

— В особых кругах я почти медийная личность, — она невесело улыбнулась.

— И насколько эти круги узкие?

— Ах, — Вика взмахнула ладонью, обтянутой кожаной перчаткой. — Ты ведь ни черта не знаешь о том, что происходит вокруг.

Тебе же гораздо проще спрятаться в шалашик и притвориться, что тебя ничего не касается. С чего начать? Давай с самого ближайшего. — Мы остановились возле пустующих качелей. — Этой весной, в апреле, я выхожу замуж.

Влад?..

Кажется, Вика прочитала что-то на моем лице, потому что тут же рассмеялась.

— Нет-нет, это не то, что ты поспешила себе придумать. С Владом мы расстались еще летом. Или, если точнее, я его бросила. Я — та, что так хотела его добиться.

И дело не в том, что он чем-то меня не устраивал, — Вика заглянула в мои глаза, — на это было несколько причин. Конечно же, ты хочешь их услышать, так, Заболоцкая?

Я молчала.

— Ты и сама знаешь, что я воспитывалась отчимом. Родной отец — черный колдун, между прочим, в отличие от носительницы-мамы умер аккурат перед моим рождением. В магической дуэли с таким же идиотом. А мой отчим, он… он смог мне его заменить. Я даже уверена: будь мой родной отец жив до сих пор, он не смог дать мне столько же, сколько дал мне отчим.

Он появился, когда мне было, кажется, девять, когда мы с мамой стояли на грани бедности, и спас нас. Мы… — она хмыкнула, — в походы ходили вместе. Мой отчим всегда увлекался альпинизмом. Я ростом не вышла, чтобы альпинисткой быть, но мы все равно перелазали все горы — и ближние, и дальние. А теперь настал мой черед его спасать. Вот так. Тебе наверняка интересно знать, что же случилось?

Я неопределенно покачала головой.