Когда-нибудь никогда

Иначе потом я могу увлечься, да, я сама знаю об этом своем недостатке…

— Нормально, — призналась я нехотя. Ни о чем из того, что действительно меня волнует, рассказать я Марине не могла — не поймет. А даже если и могла, то не стала бы. Я в целом в последнее время стараюсь говорить о себе как можно меньше, пусть и, к сожалению, получается не всегда. — Отец… Папа все еще работает. Нашел себе… сожительницу.

И теперь они работают вместе.

— Воу. И как она? Страшная?

Не выдержав, я хмыкнула и потянулась к вафле.

— Я бы сказала, наоборот. Вполне красивая. И характер у нее… интересный. Двоюродный братец до сих пор учится в первом классе. И у него, кажется, получается… Вот и все.

— Вот и все? — повторила за мной Марина. — Ну нет, так не пойдет. Папа и брат? Больше никого? Не пересеклась ни с кем из старых знакомых?..

— Пересеклась… — протянула я. — С одноклассницей пересеклась — замуж в апреле выходит… С давним другом… бывшим. Мы поссорились за год до моего отъезда.

— И как он? Между вами было что-то? Он сожалеет о ссоре?

Если что между нами и было, то лишь стена недосказанных слов и непроизнесенных обид.

Я вспомнила глаза Влада, полные разочарования, что так недавно пытались заглянуть в мою душу.

— Скорее, сожалеет о встрече, — пробормотала я. — Ну? — посмотрела на Марина. — Теперь твоя очередь. Что там у вас… с мамой?

— Хитро, — Марина покачала головой. — Ладно, так и быть. Если ты не хочешь ничего рассказывать, то это значит — тебе есть, что скрывать… Шутка. Я бы тоже не хотела вспоминать про того, с кем поссорилась.

Тем более если это мой давний друг. По личному опыту знаю, что такая дружба обычно рушится из-за какой-то мелочи. Так вот, слушай. У меня абсолютно невыносимая мама. Нет, ты понимаешь — она обвинила меня в том, что я трачу слишком много электричества! А что мне, сидеть в темноте теперь и слепнуть? И так уже скоро придется идти за очками, с нашей нагрузкой. Не успела я приехать, как…

Я слушала Марину вполуха, не особенно вникая в суть произносимых ей слов.

За окном разгулялся ветер.

Он жутко гудел и пытался проникнуть в нашу комнату. И у него это даже получалось, как бы старательно мы не пытались заклеить старые деревянные окна (а в нашей комнате их было целых два).

Лера вернулась сравнительно скоро, вечером этого же дня.

Марина долго держала ее в объятиях, мы же с Лерой лишь обменялись приветствиями на расстоянии. Не люблю, когда кто-то меня касается. Ничего не могу с собой поделать.