Артефактор. Книга 1. Оживший камень

Хорошая работница, порядочная и ответственная. Жаль что...

Прохор замолчал и сделал вид, что возится с заклинившим замком на входной двери. Ясно, платить ей больше нечем.

Я прислушался — в доме было тихо. Не похоже, что шум разбудил деда. На мой вопросительный взгляд Прохор подтвердил:

— Спят они, крепко. Принял вчера капли успокоительные, разволновался как вы спать ушли. Его и из пушек после тех капель не добудиться. Да и не надо, если хотите знать моё мнение, пусть отдохнет.

— Вот и чудесно, — кивнул я. — Есть время выпить кофе и заняться завтраком.

Кофе-то у нас имеется, Прохор?

— А то! — обрадовался слуга, что хоть что-то имеется. — Сейчас справлю в лучшем виде.

— Не надо, я сам, — я отмахнулся и направился к кухне.

— Да ну как же! — завелся слуга. — Неприлично это, молодой господин. Нельзя так!

— Прохор, неприлично это когда мотня не застегнута. А с кофе я могу сам справиться, как и со многим другим. Так что уж изволь.

Гонять его действительно не хотелось. А ещё тратить время на ожидание, пока Прохор через весь дом будет плестись с подносом.

К тому моменту, как он достигнет цели, напиток обледенеет.

Но говорить ему об этом и обидеть, конечно же, не хотелось. Поставлю на ноги, откормлю, и тогда посмотрим. Лишать его смысла жизни, то есть работы на нашу семью, я тоже не желал.

Видел же, как его расстроила моя инициатива.

— Пойдем вместе. Я попью кофе, а ты мне расскажешь, как дела в доме обстоят, — предложил я компромисс.

Кухня находилась не в таком плачевном виде, как я ожидал.

Женской руки тут не хватало, но Прохор поддерживал порядок, как умел. Пусть не его это было дело, кухарство и уборка.

Я поставил на огонь большой медный чайник, не найдя турки. Старик всё же опередил меня и сам намолол зерна в ручной кофемолке. Оглядев ящики и полки, я взял чеканную кружку из тех, что дед привёз откуда-то с востока.

Налил в стакан ледяную воду — лучший спутник крепкого кофе. Устроился на табурете возле окна, тщетно попытался рассмотреть что-нибудь за мутным стеклом, и повернулся к Прохору:

— Ну, рассказывай.

— Ну дык, — разволновался слуга, схватился за тряпку и стал беспорядочно протирать всё, что под руку попадалось. — Вот так и живем.

В качестве демонстрации между нами пронеслась крыса, довольно тощая. Я проводил её взглядом, поцокал и потребовал отчета по запасам.

Пусть по внешнему виду несчастного животного всё понятно было. Извести их надо будет, эта точно больная была, эманацию смерти ни с чем не перепутаешь.