Антимаг. Ночное дежурство. Приключения Вяземского.

Хранитель, родившийся на его веку, обладал уникальным, отличающимся от иных, даром.

Что такое магия, как не способность менять окружающую реальность, поправ физические законы?

Присутствие Хранителя само по себе отменяло любые магические изменения, поворачивая время вспять и заставляя физический мир стабилизироваться.

Мало того, что по иронии судьбы Хранитель оказался обычным человеком, даже не подозревающим о своих способностях, так еще и врачом психиатром, убежденным материалистом, полностью лишенным какой-либо веры в мистический мир и с насмешкой относящимся «ко всем этим дремучим суевериям».

Вяземский! Аристарх Тихонович посмаковал имя врача и чуть не сплюнул. Дали же боги этому гаду такую силу! Хотя они ничего не делают просто так. Возможно, именно упертый характер и нужен для выживания Хранителя и победы в грядущей битве добра и зла. Неведомые силы стали подкидывать доктору «испытания». Чего стоило наложенное проклятие, которое не смог одолеть верховный друид со всем своим опытом и силой, но которое походя обошел Вяземский, просто отменив формулировкой — «этого не может быть»? А пустышки — выпитые тенями оболочки, лишенные человеческой сущности?

Сразу стало понятно, что Хранителем заинтересовались порождения Мараны, некогда проникнувшие в Явь из Нави, миновав Калинов мост.

Боги! Сколько пришлось задействовать ресурсов, чтобы оградить от них Хранителя.

Давление достигло такой силы, что пришлось верховному друиду собирать манатки и укладываться в больницу на Васильевском спуске, чтобы находиться поблизости от Хранителя.

Последняя Пустышка, которую так удачно вырубил приятель Вяземского, навела друида на мысль, которую еще пару дней назад он бы с негодованием отверг. Неоплаченный долг крови. Перед внуком — Яриком, застрявшим в безвременье между Явью и Навью. Он знал способ вернуть парня обратно, используя тело пустышки. И это был скверный способ. Греховный, как и любая попытка идти против воли богов. Не пройти ему из-за такого через Калинов мост. Сгорит его душа синем пламенем над рекой Смородиной.

Но, в чем смысл жизни, как не в продолжение рода. Зачем ему вечность, если его внук мертв? А потому Аристарх действовал быстро и решительно, как привык. И обменял душу одного дряхлого друида, на душу молодого воина. Он верил, что внук сможет сберечь защитника, боец он неплохой, а остальное… Ну так на все воля богов.

Пора. Солнце скрылось за горизонтом. Потянулись длинные тени от предметов, и больница на Васильевском спуске погрузилась в темноту.