Антимаг. Ночное дежурство. Приключения Вяземского.

От этого странного волосатого существа можно было ожидать чего угодно.

— Да так, профессиональная деформация, — ответил Сунь Укун (* по легенде боги в свое время поручили царю обезьян охранять небесный персиковый сад).

«Надо же, какие мне кошмары насыщенные снятся. Общаюсь в несуществующем мире с несуществующем трикстером, а все кажется таким реалистичным, живым.»

Будучи уверенным в нереальности происходящего, он протянул руку и потрогал Сунь Укуна за ус.

Мир вокруг начал стремительно меняться, а царю обезьян впервые за несколько тысячелетий существования стало по-настоящему плохо.

Сердце засбоило, помещение храма закачалось, с потолка посыпался какой-то мусор, а само бытие, казалось, свело судорогой.

***

Иван Егорович Сидоренко погрузился в глубокий транс. Будучи опытным инженером человеческих душ Иван Егорович знал, что погружение погружению рознь.

В его случае это было больше лекарство. Нужно было успокоиться и привести мысли в порядок.

Там, за дверьми его кабинета, кипела жизнь. Больница перешла на осадное положение.

Мало того, что ее территория была похожа на поле боя, так еще служба безопасности наводнила своими сотрудниками, облазив все уголки, расследуя то ли похищение людей, то ли террористический акт.

Администрация тоже приложила руку к ажиотажу. Устроив внеплановые проверки всего. Начиная с правильности ведения историй болезни и заканчивая материальной отчетностью и пожарной безопасностью.

Пациентов у Ивана Егоровича Сидоренко было совсем немного. Истории болезни заполняли добровольные рабы из числа ординаторов, а за пожарную безопасность отвечал заведующий кафедры.

Но душу все равно терзала необъяснимая тревога.

Он с большим трудом сконцентрировался, формируя в голове образ места, где хотел бы оказаться.

Последние несколько лет, таким местом являлся прообраз провинции Гуанчжоу, где располагался самый большой и красивый сад сакуры в мире, насчитывающий более пятиста тысяч деревьев.

В реальной жизни Иван Егорович Сидоренко, ни разу не посещал провинцию Гуанчжоу и своими глазами сад не видел.

Да и что греха таить, дальше Турции и Египта он нигде не бывал. Но сформированное им в воображении зрелище бело-розового океана цветов завораживало и умиротворяло.

Добавив в свою фантазию небольшую деревеньку с остроконечными крышами, весело журчащую горную речку и, собственно, саму гору с украшавшей ее гротескной каменной лестницей, Сидоренко создал для себя именно то укромное место, где был поистине счастлив и спокоен.