Маледиктум. Кроличья нора

Катя говорила, что после третьего урока завуч оставляла свою синюю папку с документами в учительской. В это время учителя обычно все до единого находились в столовой. Можно было воспользоваться этим моментом, но Данил не был до конца уверен в затее.

Школа же преобразилась. Унылый холл был увешан лозами искусственных цветов, объявления у расписания приобрели структурированный вид, в коридорах у стен объявились скамьи, учителя ходили точно при параде, а на стенах у лестничных пролётов за стеклом в деревянных рамах висели рисунки учеников.

Заметив школьный пейзаж с цветущими яблонями Яры, Данил споткнулся, едва не пропахав по ступеням носом. Яры давно не было, но, казалось, каждая её частичка рассыпалась по Марграду как снег.

Заметив незнакомых людей в строгих костюмах всё встало на свои места — нагрянула аттестационная комиссия. Мужчина и женщина средних лет прохаживались по школе вслед за Аполлинарией Львовной, заглядывали на уроки и помечали во что одеты ученики. Среди карминового потока чернела одна Александра.

Юлия Александровна усиленно её прятала всё утро и, когда казалось, что комиссия закончила со вторым этажом, руководительница выдохнула. На уроке биологии она даже не стала запирать девочку в лаборантской.

— Кстати, вы своего любимого учителя-то поздравили с днём рождения? — спросила Юлия Александровна, стараясь держаться спокойно.

— Так у вас же день рождения весной! Мы никак забыть не могли, — заулыбался Никита.

— Ну хитрец, Никитка, хитрец. Я об этом молодом математике, о Блэкхоле.

Данил округлил глаза. Глянул на телефон — двадцатое ноября. Почему-то эта новость оказалась для него внезапной и волнующей.

Никита присвистнул, хотел было что-то вставить, но в этот момент в кабинет вошли проверяющие из комиссии. Они замерли на пороге, Юлия Александровна побледнела. Просканировав класс взглядами, мужчина и женщина тут же выцепили Александру, одетую в чёрную юбку в пол и свитер с торчащими рукавами рубашки.

— Так-так, это у нас...?

— Романова, — ответила девочка крайне спокойно.

— После урока зайдёшь в учительскую, — поджав губы, строго сказала Аполлинария Львовна.

Проверяющие на пару с завучем задержались в кабинете на десять минут, следя за тем, как Юлия Александровна проводила урок. За окном, утопая в снегу на карнизе, вороны каркали, точно насмехаясь над происходящим. После ухода комиссии, руководительница затянула нудную речь о важности школьной формы.

Но Данил думал только о том, что это был прекрасный шанс.