Айрэнн

Стены обвешаны вырезками из газет, справочными таблицами и прочими материалами. Напротив двери стоит стол у стены, и над этим столом висит магнитная доска, куда крепятся листы с поступающими спецзаданиями. Я к своему удивлению увидела прилепленный туда листок бумаги, где красными чернилами было написано послание лично для меня: «001: Рокпок, 242 стр.»

Что это? От кого? Аманда или Ирис — только они могли знать, что я изучаю эту книгу. Но до 242 страницы я ещё не дошла! Не хотелось мне совершать рывок на 242 страницу, я предпочитала терпеливо дочитать книгу от корки до корки, чтобы ничего не упустить.

Но та записка-приказ послужила руководством к действию.

На 242-й странице начиналась глава «Тайна Усадьбы Графини». Поскольку Рокпок описывала легенды династии Гаулов, глава оказалась связанной с парком. Я погрузилась со всем вниманием. Обнаружила, что название главы тщательно обведено красными чернилами. Бесспорное свидетельство, что книгу раннее читал кто-то из коллег и тоже уделил пристальное внимание этой главе.

По мере того, как мои глаза следили за текстом, передо мной разворачивалась картина трагических событий, связанных с угасанием династии Гаулов. Итак, последний отпрыск некогда богатого и знатного рода покончил жизнь самоубийством. Он застрелился в родном доме из-за долговой ямы, из которой не выбрались бы даже его далёкие потомки. Однако у Рокпок были свои взгляды на этот счёт: последний из династии Гаулов граф наложил на себя руки вовсе не из-за долгов.

А из-за того, что его мать не приняла его возлюбленную. Мать графа Эндрю Гаула, принадлежащая к древнему иностранному роду, довела невесту Эндрю до смерти, что и повлекло его суицид.

Подробности истории начались с того, что отец Эндрю, граф Бартоломео Гаул, решил взять в жёны богатую невесту-иностранку. Брак был исключительно по расчёту, и цель этого союза — поправить то положение, в котором оказались финансы Гаулов. И вот Бартоломео привёз в свою резиденцию невесту по имени Грета Фон Грер, уроженку древнего знатного рода Трансальвэйна.

В качестве свадебного подарка жених преподнёс ей целый дом – чтобы у жены было своё личное пространство, которым она могла распоряжаться по собственному усмотрению.

На счастье, или несчастье Бартоломео, относящегося к Грете как к выгодному приобретению и инструменту для исправления материального положения, Грета оказалась без памяти влюблена в супруга. Она соглашалась на все его прихоти.