Ведьмам здесь не место

Он весь исколот иглами, но не шевелится.

А она очень сосредоточенная и внимательная. Поет свою жуткую песню, не прерывается. Я не могу разобрать ни слова, начинаю вслушиваться в песню и тут же едва не засыпаю. Меня словно придавливает жуткой тяжестью.

Так. Поняла. Не прислушиваться.

Деревянный брусок на красной нитке вдруг дрогнул. Подпрыгнул у стола, как живой. И тут же скорчилось в судороге тело на кровати. Парень тихо всхлипнул, но не очнулся. Пальцы вцепились в подушку. Он был как ребенок, которому снится кошмар.

А меня вдруг переместило в другой слой мира. Я была, как бы психически это не звучало, в изнанке изнанки. Как матрешка. Правда, времени анализировать это забавное происшествие у меня не было. Потому что в изнанке у деревянного бруска корчилась маленькая, беззащитная душа светловолосого парня. Корчилась от страшной боли, пыталась вырваться, но не могла. Ее распахнутый рот пытался кричать. Душу затаскивало внутрь деревяшки все больше и больше. Вместе с ней корчилось на кровати тело.

Голос девушки стал громче.

- Прорастай, младая сила, в старом древе, - неожиданно четко сказала она. Я только сейчас осознала, что происходит.

Она делает из человека периамм. Связывает иголки сосны в теле парня и его самого с сосновым бруском. Вот зачем иголки и деревяшка! Они – части одного дерева. При помощи обряда дерево как бы соединяется вновь в одно целое, и в него добавляется еще один компонент – чужая душа.

- Проснись! – заорала я. Заорала так громко, что даже по связкам резануло.

Но я не успела всего на секундочку. Я видела, как парень открыл глаза, как резко сел в кровати. Но было уже поздно. Мой крик оторвал его душу от периамма совсем ненадолго, как натянутую резинку, которая вернулась обратно. И душу парня засосало в периамм. Деревяшка дернулась, как живая, еще раз, и застыла. И я увидела, как скорчившаяся душа внутри нее замерла, как жук в янтаре. Только жук давно умер, а душа была жива. Теперь уже навсегда жива и в вечных мучениях.

Как-то вдруг пришло озарение, что душа будет существовать в периамме до скончания времен. Будет отдавать силу тому, кто владеет мерзким амулетом. И с каждой капелькой отданной силы ей будет все хуже и хуже.

Еще стало до ужаса понятно, почему именно сосновый брусок, почему именно красная нитка. Сплошные символы. Травы я изучала хоть и вкратце, но в голове что-то осталось.