Ведьмам здесь не место

На обычном современном кладбище, где такому, как он, делать вроде бы и нечего. Но там он был не по работе, а по причине более печальной: один из его постоянных старых заказчиков почил, и Шилов присутствовал на похоронах.

Погода в тот день была чудесная, на кладбище было спокойно и тихо, и Шилов решил пройтись. И остановился как вкопанный, всматриваясь в землю. Черное свечение засасывало в себя зрачки, пульсировало, разрасталось и снова сужалось, вело себя как живое. Такого Шилов никогда не видел. Он был очарован.

Он был заворожен.

Он едва дождался ночи, чтобы прийти и достать то необычное, что просилось в его руки.

Это страшная сказка. В ней нет ничего романтичного и красивого. Поэтому можно рассказать правду: могила, которая привлекла Шилова черным свечением, была совсем свежей, ей не было и пары месяцев. И принадлежала она вовсе не древнему старику.

Хоть сказка и страшная, но рассказывать подробности того, как Шилов достал предмет, который так его привлекал, ни к чему.

Лучше уж сразу переместиться в квартиру Шилова, где он отмывал руки после того, как вернулся на рассвете. Черная жирная земля все никак не хотела смываться, и Шилов завис в ванной. Предмет, который испускал живое черное свечение, лежал рядом с ним. Сверкал тускло серебристой цепочкой. Дешевка, ни камней, ни металла, зато энергия от вещицы колола пальцы.

Николай Шилов умыл лицо холодной водой, вытерся полотенцем, посмотрел в зеркало и дернулся назад, ударился ногой о ванную, вскрикнул.

В отражении вместо его лица было что-то сморщенное, с нависшими мешками под глазами, с седым пухом на голове. Худая шея, острые ключицы, пигментные пятна, как гречневая шелуха.

Николай зажмурился, взглянул в зеркало еще раз. Все снова было как надо. Загорелый мужчина с четкими чертами лица, белозубый, кудрявый…

На вещицу, которая, как мертвая гусеница, лежала на краю раковины, Шилов покосился с подозрением. Он уже не первый год якшался с иными и знал, что чудеса бывают разные.

Бывают полезные, а бывают и не очень.

От предмета, который Шилов снял с тела, приятных чудес не ожидалось. Поэтому уже на следующий день он бы повез серебряную цепочку показывать кому надо. В антикварную лавчонку, где Шилова любили и всегда ждали. Но не срослось.

Шилов редко видел сны. Обычно он падал в сон, как в разрытую могилу, и спал до утра. Но не в этот раз.

Сон был реальным настолько, что остался в памяти Шилова и по сей день.