Ведьмам здесь не место

Может, это от страха?

Опершись руками на перила, Шилов поднялся на ноги. Недоверчиво опустил глаза вниз, перевел взгляд на кисти рук и кинулся к стеклянной витрине магазина.

Из отражения на него смотрел сморщенный полуседой дядька с набрякшими мешками под глазами. На вид ему было лет под шестьдесят, не меньше.

Шилов обернулся, уже зная, что за его спиной никого нет и что он видит свое новое отражение.

Ц-ц-ц.

Рука с размаху влетела в стекло, но слабенько соскользнула вниз. На костяшках с пигментными пятнами медленно набухало красным.

…Шилов не был кретином. И сразу же отправился к известному онейрополу, который за немалые деньги погружался в сны другого человека и вытягивал из его подсознания важные вещи, детали, воспоминания.

Онейропол был талантливым человеком, но после первых тридцати секунд своего сна о Шилове просто вернул ему деньги и напрочь отказался продолжать сеанс, чего с ним прежде никогда не случалось.

- Деньги деньгами, а жизнь мне важнее. Сходи к Маланье, она самая сильная тут.

Если Маланья не поможет, то тогда придется в Москву ехать, а лучше в Иркутск, - посоветовал онейропол и отправился полоскать горло хлоргексидином и чистить зубы: после копошения в сознании Николая Шилова во рту поселился гадкий кислый привкус.

Шилов сходил и к Маланье. И в Москву он съездил, и в Иркутск. Везде побывал, где обитались сильные иные, которые могли хотя бы сказать, что за проклятия на него навешаны.

Торопился он страшно. Каждое утро в голове звучал отсчет быстрых секунд, это жуткое «ц-ц-ц», и с каждый утром оно становилось все громче и громче.

Шилов чувствовал, что когда «ц-ц-ц» станет совсем громким, он умрет. И все четче и ярче становилась изнанка мертвого мира в его глазах. Сначала было страшно видеть мир таким, но страх за собственную жизнь был посильнее, покрепче. А жить хотелось так сильно!

Мотание по стране (и даже за ее пределами) дало результаты. Шилов узнал, что на нем действительно висят аж четыре проклятия.

Два были заемными, или, как их старомодно называют иные, утхарными. Он их получил в тот момент, когда присвоил вещь, на которую начали переходить проклятия с тела паренька в могиле.

Одно проклятие было от матери, которая прокляла насильника своей дочери, другое – непреднамеренное от самой дочери, проявившееся в момент гибели. Третье он получил в миг осквернения могилы, которая была под защитой сильной ведьмы. А вот четвертое было самой большой проблемой.