Красные нити

Если моё второе «я» и будет сегодня во сне лить слёзы о ком‑то, то точно не о ней.

Правда, вскоре, когда я получил от кинолога смс, моё сердце мигом растеряло своё спокойствие. Подпрыгнуло, стукнулось о зубы, упало обратно и зачастило пулемётной очередью.

«Ты снова прав, – написала мне Лина. – Рука пропала, её нигде нет. И это ещё не всё. Я позвонила нашим ребятам, чтобы проверили сейф. Эмиль тоже исчез!».

А следом за этим сообщением пришло ещё одно:

«Послушай, Стёпа, мы оба могли ошибаться. Мы ведь всего лишь люди.

Смертные, слабые, и легко попадаем под влияние вампирского колдовства. Но я восхищаюсь тобой. И совсем на тебя не злюсь, а ты? Если тоже нет, то, может быть, пригласишь меня ещё раз куда‑нибудь на кофе?..».

Мой телефон – уже в который раз за день – снова полетел на стол. Проскользил по столешнице и с дребезгом упал на пол.

Всё у меня внутри бурлило. Ненавижу тебя! Как тебе не стыдно! Колдовство значит, да?.. Колдовство ли виновато в том, что с простым рядовым охотником ты и знаться не хотела, а теперь – к Касперу – подмазываешься?! Колдовство ли заставило тебя упасть в объятия алхимика и принимать от него унизительные подарки?! А эта его золотая рука у тебя дома… Да, в конце концов, а что же ты с ней делала?!

Открыв окно нараспашку, я высунулся наружу и несколько раз глубоко затянулся морозным воздухом.

Только промёрзнув до костей, пришёл в себя и вернулся в комнату. Подобрал телефон. Отряхнул. Написал в ответ:

«Нет, конечно не злюсь.

Спасибо за информацию».

Почти сразу же она перезвонила, но я, по старой традиции, переадресовал вызов на Олега. Всё, что нужно, я узнал. Теперь мне уже не до личных разговоров и, тем более, не до кофе, ибо положение вещей отвратительнее некуда. Надо срочно принимать меры!

* * *

Третьего я нашёл в тире. Грохот там от одного него стоял такой, что мама не горюй, и в воздухе плыл плотный запах пороха. Стрелял бывший вояка с минимальной дистанции – с десяти метров – да ещё и по крупной грудной мишени, но почти всё в «молоко».

Впрочем, с этим, кажется, у первого отдела всегда было плохо.

Незаметно стоя за его спиной, я выхватил свой пистолет. Один за другим раздались восемь выстрелов, и вот уже я, через дым пороха, критически осматривал свои результаты. Мишени на всех дорожках были поражены в самое сердце – везде по десять из десяти. Третий, крякнув от досады, обернулся. Снял наушники и защитные очки.