Третий Генерал: Тома I-II

Просто промелькнула мысль, что было бы невероятно жаль погибни она. Мы с нею пересеклись буквально на одну минуту, но она сумела показать себя с хорошей стороны.

- Да, сеструха это умеет, - кивает бугай. – Сука, я приказал Блицу привести тебя сюда, чтобы ты после нашего разговора согласился пахать на меня. Однако после того, как ты Ирку спас, будет западло так поступать. Не дело, когда должник делает шестёркой человека, который его родню спас. Братва не поймёт.

- Тогда Ирина очень вовремя попросила меня передать тебе, что она посоветовала мне не соглашаться работать на тебя.

По крайней мере пока она со мной не поговорит тет-а-тет через какое-то время.

- Серьёзно? - Вермайн удивляется едва ли не сильнее Блица. – Ни**я се. Ирка раньше такое проворачивала лишь с двумя парнями, которые теперь у меня в капитанах ходят, считай самые приближённые ко мне люди. А выходит ты пи**ец как непрост. Тебе шестнадцать, но ты ловко управляешься своим даром, Блица до нового ранга вытянул, сеструху заинтересовал, нескольких людей спокойно завалил… А ещё мне этот языкастый хрен сказал, что тебя вроде как пасут крутые парни с пушками.

Также ты у князя гостил несколько дней. Вот кто ты мл*ть такой?

- Никита Зотов, - отвечаю на его вопрос. – Такой себе ответ, да. Но большая часть вещей, которые ты только озвучил, это типа секрет фирмы. Но могу предположить какие мысли тебя донимают касательно моей персоны, так что кое-что всё же расскажу. Моё происхождение соответствует официальной информации – отцом был последний патриарх Зотовых, а матерью обычная служанка, так что я бастард уже почившего рода.

Интерес князя к моей персоне вызван тем, что у Волконского какой-то бзик на мою фамилию. Типа пытается исправить ошибки своего отца, все дела. Тех ребят с пушками он ко мне приставил так как одни люди хотят похитить меня и принудить вступить в их род, а другим нужна моя смерть. И тут хочу отдельно отметить, что для князя и его людей я молодой шестнадцатилетний маг, который едва-едва осваивает свои магические способности. Было бы чудно оставайся они в неведении.

- Мои уроды тупорылые будут помалкивать, от меня тоже никто ничего не узнает, - сказал Вермайн. – Выходит от одних ты скрываешь свои способности, а от других нет?

- Так я же понимал, что наш сегодняшний разговор должен был быть этаким собеседованием, прежде чем мне бы сделали заманчивое предложение о работе.