Охотники за Проклятиями

-Да где же выход…? Господи, не дай мне пропасть тут ни за грош…

По правде говоря Семён не верил в богов, демонов и прочую паранормальщину, но попав сюда он уверовал сразу во всех. Ещё несколько раз на него набрасывались невидимые твари, созданные из тумана, укол ножа или удар кулаком распылял их, но каждый раз волнение от нападения едва не выбивали рассудок из его тела.

Сёма видел страшные вещи, которые не могли быть на свете. То были уже не туманные образы, а вполне реальные, физические существа. Лошади, жадно пожирающие истерзанные тела людей, ползущие сами по себе части тел, мертвецы без голов, бесцельно идущие в никуда.

На шеях некоторых из мертвецов на цепях и тесёмках висели осколки каких-то разноцветных минералов. Это было единственным источником света, который давал понять о их расположении.

Вдали были деревья, на которых были видны ужасны, скрытые за туманом.

Множество тел, свисающих с ветвей деревьев имели разную степень разложения и расчленения. У одних не было глаз и языков, с других была сорвана кожа, третьи были лишь скелетами с кусками свисающей плоти.

Все они стонали покачиваясь на верёвках, ремнях и шнурах. В их телах копошились личинки и сороконожки. Мертвецы стонали в туманной мгле, тем самым заставляя Семёна испуганно идти, пытаясь заглушить страх внутренним монологом.

-Это сон или явь? А может я упал и умер… Нет, я чувствую боль, а значит я жив. Чёрт… Такого просто не может быть на свете, такого не бывает…

Он ущипнул себя, но не проснулся.

Мыслить было сложно, голова была забита всей той белибердой, которая была вокруг.

Невероятная жутка вонь жгла его ноздри, рвотные позывы душили его дыхательные пути. Закрывшись рукавом, он упрямо продвигался вперёд, ведь он ещё не сдался, он жаждал выжить и выбраться отсюда. Инстинкты твердили «ты ещё жив, борись, сражайся, не сдавайся» и он подчинялся им.

Глаза ненарочное слезились от паров разложившийся плоти. Семён сам удивлялся тому, что его не выворачивало наизнанку от лицезрения и вдыхания подобных ужасных ароматов, прямиком из самой огненной геенны.

Орды роящихся мух вгрызались в толщу сочащийся трупными выделениями плоть и на глазах откладывали в них сотни личинок в мягкие ткани. В основном то были глаза и лица, въедающихся в них личинок был наиболее отвратителен взору любого из смертных.

Перед очередным подвешенным трупом он заметил, что из его распоротого живота свисает пуповина с почти полностью развившимся эмбрионом.