Охотники за Проклятиями

Его едва не стошнило от осознания того, что он убил тех, кто сам чуть не отправил его внебытье, но волнение сдержало этот рвотный позыв. Парень сложил окровавленный нож и сложил его в карман.

-Спасибо…

Проговорил Семён, протягивая тому руку. Человек убрал шипящей от жара, окровавленный топор за пояс своего плаща и кивнув, пожал Сёме его руку. Человек был выше Сёмы на полторы головы, мускулистое, но гибкое тело говорило о том, что это воин, прошедший через множество битв, хоть он и был ещё очень молод.

-Ты понимаешь меня?

Человек изогнул брови и посмотрел на Сёму своими кристально голубыми глазами, в которых читалось непонимание.

-Би-зом.

Огласил беловолосый, окидывая рукой пространство вокруг. Семён ничего не понял, но догадался, что всё, что было вокруг звалось именно так.

-Как тебя зовут?

Семён показал на себя и сказал «Семён», человек покосился на него, после чего указал на себя и произнёс имя «Вей-лор», делая основной акцент на первый слог.

Человек развернулся и пошёл дальше в туман, которому не было конца.

Он махнул Сёме, чтобы тот следовал за ним.

Но этому совместному путешествие не суждено было сбыться. Через мгновение послышался треск, заглушающий даже мысли, земля задрожала, а пространство искривилось на столько, что человек в метре от Семёна, превратился в обезображенную кляксу. Секунда и пространство будто разорвали надвое, обнажая в себе лик дороги до которой он так и не дошёл. Сёма не долго думая сделал шаг вперёд и его будто растянуло, скрутило, сжало и вернуло в обычное состояние.

Он выпал на границе тумана, видя впереди себя дорогу. Он взглянул внутрь белой молочной взвеси и не увидел внутри ничего, только шёпот, который слышался в самом начале.

Он не стал испытывать судьбу. Поднялся, отряхнулся и мысленно поблагодарив того странного беловолосого человека, двинулся к дороге, чтобы убраться подальше от этого ужасного места, мысленно благодаря своего беловолосого спасителя.

Лес проклятых надежд

Лёгкий ветерок обдувал древние деревья, ковром раскинувшиеся на загородном холме. Исполинского размера крючковатые растения тихо шуршали своими могучими кронами. В этом зловещем сумрачном шорохе слышались мрачные и жуткие мотивы, ибо лес тот, в народе, слыл воистину дурной славой.

Когда-то давно, ещё до прихода единого бога это живописное место служило капищем для богопротивных кровавых ритуалов.