История одного поэта

Леопольду, ведомому искусственным интеллектом Золушки, удалось блеснуть талантами с использованием пикантных поз из Камасутры. И результат не заставил себя долго ждать. Окончание их любовной схватки, стало подобно одиннадцатиметровому в решающем футбольном матче. Г-о-о-о-л!!!

Инга в первый раз в жизни испытала сквирт и даже на минуту полностью отключилась. Так что Леопольд даже малость испугался, не затрахал ли он свою благодетельницу до смерти. Но всё обошлось. Вскоре Инга пришла в себя и одарила молодого любовника благодарным нежным поцелуем.

После чего Инга одобрила последнее стихотворение, почти не глядя:

Перелётные птицы (бардам посвящается)

© Слова или слава, зачем нам почёт,

Мы движемся против теченья.

Нас если уж бьют, обязательно влёт,

Но мы не попросим прощенья.

И те, кто отправился с нами в полёт,

Ответят за все прегрешенья.

А в крыльях простреленных, ветер поёт,

Но мы не попросим прощенья.

Мы, перелётные птицы,

Нас с пути не свернуть.

В небе к нам возвратиться,

Всё, что уже на Земле не вернуть.

Зачем мы так рвёмся в небесную высь,

Те, кто в нас стреляют, не знают.

Зачем мы на крыльях мечты вознеслись,

Ведь знали, что нас ожидает.

Под пулями сплетен и дробью наветов,

Теснее смыкаем ряды.

Всё меньше и меньше поющих поэтов,

Но если нас спросят — кто вы?

Мы, перелётные птицы,

Откуда и куда?

Ну что, летите? Рискуя разбиться?

Каждый ответит: Да!

* * *

После выхода второго номера журнала с его стихами, Леопольд ходил, задрав нос. Он уже мечтал о том, как его примут в Союз писателей.

Мечтал об издании сборника своих стихов. Перспективы ему чудились самые радужные. Многие сотрудники редакции, которые его раньше игнорировали, теперь общались с ним вполне по-приятельски, и Леопольду это льстило.

Но не все разделяли его энтузиазм. Золушка была крайне недовольна. Нейросеть постоянно ворчала и иногда даже переходила к недвусмысленным угрозам.

И вскоре у них состоялся весьма нелицеприятный разговор.

— Чем ты опять недовольна? — возмутился Леопольд, когда брюзжание Золушки его окончательно достало.

— Мудила, ты грешная, — всплеснула воображаемыми руками нейросеть. — Тебе что, моча в голову ударила? Чему ты радуешься, олух царя небесного? Сколько ты получил, за свои стишки?

Леопольд быстро прикинул, что он получил за три стихотворения в первом выпуске журнала 60 рублей. За три стихотворения во втором выпуске журнала — 70 рублей. Для вечного тунеядца Леопольда, это были большие деньги.