Носители Искры. Карьер. Книга II

- Так как в прошлый раз, когда меня спросили об этом, меня обвинили в массовых убийствах, шпионаже и определили сюда.

- Я тебя в бункер определю, - комендант иронично выгнул бровь, - на месяц. Устраивает?

- Есть еще варианты?

- Ты устроил массовую драку и в очередной раз нарушил дисциплину уровня. И подобные донесения я читаю чуть ли не каждый день. Что скажешь?

Гронский пожал плечами.

- Видимо моя злостная, преступная натура постоянно берет вверх над всем светлым и чистым, что здесь есть и никак не дает мне вступить на путь исправления, - покаянно ответил он, опустив глаза в пол, - но я буду стараться.

- Ладно, - кашлянул комендант, - считай, что твои объяснения приняты. Лично меня обнадеживает, когда человек признает свою вину и обещает стать лучше, но на уровне остались люди, у которых могут возникнуть к тебе вопросы. Думаю, ты лучше знаешь ваши порядки.

Георгий медленно поднял взгляд на коменданта. Тот смотрел на него с ледяным презрением, как на жалкого, ничтожного отброса, из-за которого по какому-то несчастному случаю он должен терять свое время, находиться в одном помещении, да еще опускаться до разговоров.

Гронский почувствовал, как в него вселяется уже знакомый черт и понимал, что если не возьмет себя в руки, то ничем хорошим ни для Вестгейрда, ни для него встреча не закончится.

-Сложно сказать, - пытаясь не переходить на шепот, ответил он, - порядки первого уровня чуть ранее были совершенно другими. Границ нет. Убийцы, насильники, всякая шваль, которой нечего терять, и они теперь прессуют нормальных лю…

-Внутри бетонных стен нет нормальных людей, Гронский, - цедя слова, перебил его комендант.

– Вы все нарушили закон, нанесли тот или иной вред обществу, преступили черту, за которой вы больше не нормальные люди. Или кого ты считаешь нормальными: докторишку твоего, убившего пациента, доверившему ему свою жизнь, бегуна, который столько лет предавал доверие, дарованное ему государством и людьми, или того бездарного музыкантишку, который только и умеет, что воровать да обманывать. С кем ты еще якшаешься? Или может ты себя считаешь нормальным человеком?

Заключенный самым убедительный образом покачал головой из стороны в сторону. Только почему-то коменданта это не успокоило, а наоборот завело еще больше.

- Ты – убийца и подонок, посрамивший честь офицера. Только волей счастливого случая, попавший на первый уровень. И я не буду с тобой больше цацкаться и терпеть твою дерзость. Еще одна выходка, Гронский, и я восстановлю справедливость.