Будни непослушания

– поедем? Проверим?

– Сколько времени прошло, Сережа?

– Пять дней,– подсчитал малой и погрустнел, понимая, что сейчас услышит.

– Пять дней,– повторил брат отца.– Ты сам же все понимаешь, так?

– Так.

– Пилик,– прервал воцарившуюся тишину планшет.

Я пробежал глазами строчки, не веря своим глазам.

– Установите точное место катастрофы. Задание. Инициатор... оператор Башни.

Я показал экран Сашке.

– Осип?– удивленно воскликнул тот.– Но... ему нельзя вмешиваться... невозможно!

– Значит, что-то заставляет его идти на риск.

Получается, что это его единственный способ связаться с тобой?

– Связаться? Получается, да. Односторонний способ. Но наблюдать он может. Я как движущийся маячок для мониторинга Башни.

– Поехали, покажешь, где,– не тратя время даром, подытоживает мой родственник. Он сам садится за руль «ситроена», предварительно отцепив бочку. Я по центру, справа, с малым на коленях,– егерь. Река и мост оказываются за поворотом, от поселка не более чем в километре. Грузовик с разбитой левой фарой, встав наискосок, свесился с моста наполовину.

И, пожалуй, заблокировал движение всем видам транспорта, кроме разве что мотоциклов. С правой стороны перила снесены напрочь. Речка не широка. И не особо глубока. Желтое пятно крыши автобуса отчетливо проглядывает под мелкой рябью, встопорщенной по поверхности ветром.

– Пилик!

– Задание зачтено. Для нужд группы на ваш счет перечислено 100 гли.

– Пилик!

– Эвакуируйте мужчину в стазисе из затопленного салона.

Вот где собака порылась! Осип направлял нас к обреченному взрослому! Очнуться под водой, по сути в темноте замкнутого пространства,– верная смерть!

– Если на крышу встать, по грудь будет,– задумчиво тянет брат отца.

– Думаете, через люк пробраться можно?– деловито интересуется Денис.

– Только если очень повезет, и он приоткрыт. Иначе мы его никак не зацепим. А приоткрыт он вряд ли. Раннее утро было. Свежо, не жарко. Никакой нужды в дополнительной вентиляции салона.

– Тогда как?

– Лестница. Она у меня в трех разных конфигурациях раскладывается.

С моста по ней переберемся на крышу. Матвей и Роман останутся вверху. Мы с тобой попробуем упереть лестницу в дно. Я спускаюсь. Выбиваю окно. Ты страхуешь и принимаешь... груз.

– Течением не снесет?

– Не должно. Река медленная.

– Может лучше я... спускаюсь?

– Нет.

Я понимаю, в чем причина отказа дяди. Не у каждого психика справится с тем, что предстоит увидеть под водой. Погибшие дети. Маленькие тела, как поплавки, всплывшие к крыше...