Будни непослушания

Она отпрыгнула на рефлексах, с расширившимися от ужаса зрачками, забыв про мачете, зажатое в руке. Вслед за слизью длиннющим языком стек ливер, давая представления об анатомии хищника. Довольно вонючей анатомии, надо сказать. Сашку согнуло в три погибели, и она едва успела отвернуться, не справившись с рвотными спазмами.

Наконец и я, спохватившись, поднял ствол. Но подавлять огнем было уже некого. Между балок висели разодранными лоскутами жалкие обрывки кожи, да три «лианы», все еще упрямо цепляющиеся за бока бедного млекопитающего.

– Уведи девушку к машине,– негромко бросил дядя Женя.– Не нужно ей видеть, что дальше будет.

Он уже успел расправиться и со вторым сеятелем, сбитым с толку оглушительными выстрелами и «выплывшим» прямо на нас. Денис, аккуратно сложив в нагрудный карман отстрелянные гильзы, шарил по полу, отыскивая ядра сеятелей.

– Когда назад пойдешь, захвати с собой канистру с бензином,– напутствовал меня дядя, когда я уводил сгорбленную и совсем обмякшую Сашку. Родственник подобрал выроненное ей на пороге мачете.

Вернулся я, когда дядя отсек последнее щупальце, впившееся в корову.

– Успел образец собрать,– потряс пробиркой Дэн.

– Щелк,– я сделал снимок животного.

– Корова «Пеструшка». 3 года. Генетические флюктуации превышают критический уровень. Метаморфические изменения необратимы. Направление: Инкубация. Источник: Аратари-лим.

Вот как! То есть эта троица даже не убила бы «Пеструшку». А, просто, превратила бы ее в инкубатор по выращиванию помета себе подобных! Ту же участь, судя по всему, Аратари уготовили и для всей нашей планеты.

– Ядра собрал?

– Одно. Второе закатилось, наверное, в щель пола. Да и хрен с ним. Сейчас зачистим все здесь, и айда на базу,– бледность и сосредоточенность Дениса прошли, и он снова стал самим собой.

– Давай ружье!– почти грубо скомандовал мой наставник. Он вернул Дэну копье, и, помолчав, добавил:– Идите на воздух.

Стоило нам выйти из здания, как грохнул выстрел. Я не заблуждался, насчет цели.

– Мэт, зажигалку!

Руки у него подрагивали, и я счел за благо финальный этап дезинфекции взять на себя. Нагнувшись над смоченной бензином соломой у порога, щелкнул колесиком кресала. Огненная стрела метнулась к телу буренки с развороченной выстрелом головой. Минуту спустя языки пламени уже лизали изнутри стены коровника, разбегаясь огненными ручейками по соломе от центра.