Функция-1

И вновь своеволие осталось без последствий.

— Есть информация, что дикий выжил. Если это знаем мы, значит, может узнать и китаец.

«Дикий! — поморщилась Антонина. — Головная боль клана последнюю пару недель. Старшие долгое время вообще скрывали информацию о нём, даже не вмешивались, когда в город приехал ликвидатор из Китая, но стоило тому сделать дело!..»

— Ну так найдите его и решите вопрос! Я-то тут при чём? Дед, всё, давай! Я устала за день, ещё не ела толком с обеда, а сейчас почти полночь!

— Антонина! — голос патриарха клана построжел.

Он решил сменить тон, устав от непочтительности младшей. Воля любого члена семьи, услышавшего подобные интонации в разговоре со старшим Ланским, текла воском, а объект, на которого было направлено неудовольствие, спешил брать под козырек. Но внучки это не касалось.

Она была любимицей. С самого рождения, как только стало известно, каким наследием обладает крошечный плачущий комочек плоти, дед начал выделять её среди прочей ребятни. Антонина ни в чём не знала отказа, до пяти лет её капризы имели силу закона.

Потом, правда, началась учёба, и к очаровательной кудрявой девчушке стали относиться немного строже. Но всё равно баловали. 

И немудрено. Ведь Антонина была Дипломатом. Единственным Дипломатом в семье и одним из трёх на весь Дальний Восток. Далеко не каждый род может похвастаться таким приобретением. А уж какие это открывало перспективы...

В общем, девушка из старика только что веревки не плела. Но границы субординации всё же прекрасно понимала, опять же — Дипломат.

Поэтому, едва услышав громовые раскаты в голосе собеседника, моментально сменила тактику.

— Ну, деда!.. 

Голос её, нет, уже не голос — голосок! — сделался детским, немного капризным, капельку обиженным, но при этом невероятно милым и чарующим. Такой ангельский тон подошёл бы пятилетней крохе, сообщающей, что спать она не пойдёт, а хочет печенья и смотреть мультики. Только принадлежал он не маленькой девочке, а красивой, ухоженной и на вид неприлично богатой молодой женщине.

Но патриарх, этого не видел. Он слышал звуки из прошлого и таял. Всем известно, что с возрастом даже Лидеры становятся сентиментальны. 

— Четверо Защитников, — после долгой паузы сообщила трубка.

— Хорошо!

— И двое — в квартире!

— Ты чудо, деда!

— А завтра заедешь в поместье.

— Зачем?

— Не спорь. Просто заедешь, никто тебя там жить не неволит. Совсем родню забыла!

Теперь в голосе главы семьи послышалось настоящее старческое брюзжание.