Курс ядовитых поцелуев

Змейка почернела и застыла на своем месте.

Жак Змея.

Все мы смотрели на руку Жака со смесью зависти, восхищения и непонятной жадности. Все эти чувства я тоже ощущала, а правая рука буквально зачесалась от острой нехватки точно такой же странной татуировки. Мне с трудом удалось побороть бешеное желание вцепиться в руку Жака, рассмотреть змейку получше, проследить за каждым причудливым штрихом. Разум победил, но только потому, что я понимала – Жак не просто так назначен охранником Нади, он опасен. Думаю, остальные руководствовались теми же соображениями, ведь судя по пылающим взглядам, не одна я мечтала оторвать чужую руку с корнем, лишь бы увидеть змейку поближе, разглядеть любую ее деталь.

Жак стряхнул с нас наваждение, закатав рукав обратно.

И первым опять заговорил рыжий близнец, тот самый, что взял на себя инициативу с самого начала:

— Кхм… ну отлично, раз тут все прояснилось… может быть, Жак объяснит нам подробности задания? — Он с надеждой взглянул на Надиного защитника.

— Нет.

— Но если…

— Нет.

После столь категоричного и жесткого ответа рыжий на удивление быстро взял себя в руки и отступил. Это даже восхищало, ведь у меня до сих пор перед глазами стояла та татуировка, зеленые глаза и жаждущие взгляды остальных. Опасные взгляды. И глубоко в душе обосновалось чувство надвигающейся угрозы. На что способны люди с такими взглядами?

Все вокруг опасны. Они угроза.

— Хорошо. Да, хорошо… Жака можем исключить, значит, нас и в самом деле осталось одиннадцать. Может, кто-нибудь поделится соображениями? Может, было что-то подозрительное во время собрания или… что-то еще.

— Думаю, среди нас шпион Противоядия. Давно не секрет, что они мечтают выведать о Змеях все, — заявила эффектная блондинка, очень красивая и как будто знакомая. Ну это неудивительно, наверняка за два года учебы мы с ней не раз сталкивались на лекционных занятиях. Александрийка большая, но не бесконечная.

— И кто у нас шпион Противоядия?

— Не знаю. Но сомневаюсь, что он из богатой и знатной семьи.

Ее заявление вызвало одобрительную реакцию у «богатой и знатной» половины, а вот остальные, включая меня, закатили глаза. Ох уж эти рассуждения богатеньких красоток. Но один плюс в ее комментарии, несомненно, был: я смогла узнать, кто же находится на «бедной стороне». Это я, демонический тип Харон, неизвестный смуглый парень и симпатичная девушка, стоящая как раз рядом с блондинкой. Негусто.

За нашу «бедную» четверку выступил Харон:

— Почему? Поясни.