Чужая жизнь

И тут всё его мировоззрение рухнет, и он всё своё недовольство выскажет тебе.

- А если наоборот?

- Что наоборот?

- Он же не знает, что вы вампиры. Догадывается, конечно, но не знает.

- Так…

- Вы его типа допрашиваете. Он не колется. И тогда вы его швыряете в отдельную камеру. Где сижу я. Вся такая взъерошенная, голодная и на цепи.

- Интересно.

- Я его запугиваю. Вы его выпускаете, и он всё рассказывает.

- А почему бы и нет. Давненько я не веселился.

- Вот, а потом. Его забираете на допрос. А ко мне следующего, как там, Максима Альбертовича.

И Сергея Геннадьевича. Так сказать, их Ум-1 и УМ-2. А вот с остальными уже без меня справитесь.

- Договорились.

- Только вот, просьба.

- Какая?

- Давай вы их не будете сразу убивать. Может, пусть здесь поживут какое-то время. Что-то расскажут ещё. Ну, я не знаю. Мы же не настолько жестокие и безразличные.

- Хорошо, пока всё не расскажут. Будут жить.

- Спасибо.

- Ладно. Иди, гримируйся. Скоро, начнём.

Всё было достаточно забавно. Непоколебимый с высоко поднятой головой в камеру ко мне вошёл священник.

Дверь за его спиной захлопнулась. Он нехотя опустил глаза в угол камеры, и его взгляд наткнулся на меня. Гримаса ужаса охватила лицо. Не удивительно.

Растрёпанные волосы, размазанная тушь и приглушённое рычание. К такому зрелищу, он не был готов.

- А-а-а-а-а-а!!! Выпустите меня. – Он неистово забарабанил кулаками по двери.

- Р-р-р—р-р-р-р – издала я более громкий рык и прыгнула. Цепь остановила мой полёт буквально в десяти сантиметрах от священника.

Я упала на спину. Тут же вскочив на ноги, начала изображать дикого зверя. Дела вид, что пытаюсь порвать цепь, я рвалась к нему.

- Пожалуйста, уберите её от меня. Я всё скажу.

- Р-р-р-р-р!!! – Я чуть сильнее дёрнула цепь и один штырь выпал из стены. Теперь моя рука буквально сантиметр не доставала до его лица. Я продолжала рваться и прыгать, пытаясь достать его.

Священник, как можно плотнее вжался в дверь. Продолжая инстинктивно стучать по ней кулаком.

- Пожалуйста, уберите её. – Уже чуть было слышно шептал он. – Пожалуйста. – Лицо у священника побледнело. Нижняя губа подрагивала.

- «Он готов, забирайте».

Дверь распахнулась, и он буквально выпал из камеры. Вцепившись руками в Владимира, как в спасательный круг, затараторил. Быстро и несвязно выдавая поток информации. Все замерли, вслушиваясь в каждое слово святого отца. Инквизиция, тайный совет, правительство. Такого никто не мог ожидать.