Ведьма Инесс

И склонившись над очередной свечой, этот гад спросил:

— Ну, а где Герасим, все-таки? Куда он делся?

— Ты лучше не отвлекайся, а то время идет, а у меня еще дела… — весело ответила ему я, срезая шерсть с загривка трупа.

Делаю я это специально. Всякое может быть при проведении обряда. Если что-то пойдет не так и труп сгорит внутри пентаграммы, то можно будет по клоку волос, вызвать слепок ауры животного.

— Муму вон займись! А то, Герасим, Герасим…

Наш давнишний эксперимент с Владом, причем успешно в свое время показавший себя, предоставлял возможность увидеть образ убийцы, если смерть была насильственной.

Этот метод был несовершенен, но зато не давал осечек и представлял шанс раскрыть преступление. В отличии от других способов, этот действовал, даже если на живое существо было применено перед смертью воздействие на разум, включая в себя зачистку памяти.

Способ, применяемый мной в морге с телом Лилии, тут тоже не подходил, в виду того, что невозможно залезть мне в шкуру животного, чтобы подсмотреть его последний день.

Некоторые ведьмаки, практикующие такое, теряли от этого разум.

Наше открытие не было запатентовано, и мы не придавали его огласке, так как на людях его было категорически запрещено применять.

Данный слепок воспоминания задействовал душу, вытаскивая ее из тех мест Чистилища, куда нет хода живым. Уже после, данный сосуд нельзя было отправить обратно, он застревал в этом мире. А обрекать душу на вечные скитания, было очень жестоко. В данном конкретном случае, хоть это и было негуманно, нам приходилось рисковать собачьей душой.

Влад начал читать заклинание. Слова из некроманта лились потоком, окутывая дымкой всех участников действа. Я, в свою очередь, усиливала круг.

Ощущение драйва, соприкосновение двух энергий, давало поток положительных эмоций. Наши силы идеально подходили друг другу при взаимодействии.

Круг засветился, труп собаки окутала сиреневатая дымка. Дым поднялся над полом, закружился в воронку, преобразовываясь в мужской силуэт.

Уже стал проявляться образ убийца, как в этот самый момент послышался грохот с крыши.

Влад со сосредоточенным выражением лица, удерживал сосуд с душой, не давая ему раствориться в окружающем пространстве. Мы переглянулись, понимая, что если кто-то сейчас из нас прервется, то восстановить все уже будет невозможно.

Лицо убийцы было скрыто кепкой, надвинутой по самые брови.

— Ну же, давай, — пробормотала я — силясь увидеть четче лицо преступника.