Суперинтендант и его заботы

Ну так вот, однажды дом этот вспыхнул, словно кучка сухих поленьев. Кто был рядом с дверью, успели выскочить, но таких немного было.

- Это произошло ночью?

- Нет, синьора, белым днём. Оно конечно, в ноябре вечер начинается раньше, чем успеваешь проснуться, но пожар начался в обед, часа в два, а к четырём уже всё догорело.

- И в каком году это произошло? – терпеливо спросила Лавиния.

- Как раз в тот год, когда дожем стал Альвизе Мочениго, в тысячу семьсот шестьдесят третьем.

- Днем… То есть, траттория была открыта?

- Да, именно так.

Я ж и говорю, кто сидел рядом с дверью, те успели выскочить, остальные сгорели.

- Господин Кавальери, вы так об этом рассказываете, будто сами присутствовали…

- Ах, синьора, так я же самого главного не сказал! Есть традиция, каждый суперинтендант «Ла Фениче» обязательно записывает всё, что происходит в театре и окрестностях. Вот в этих дневниках всё и рассказано, во всех подробностях.

- Да уж, действительно, мимо дракона вы прошли, не заметив… Давайте!

- Не могу, синьора.

.. – с неожиданной твердостью ответил Кавальери. – Можете читать здесь, в моём кабинете, а вынести не получится.

- Что-то мне подсказывает, что и от магического копирования эти записки закрыты, - вздохнула Лавиния, предчувствуя многие часы изучения однообразных записей, сделанных плохим почерком.

- Конечно, госпожа коммандер! Ну, а как же иначе? Там иной раз такое писали!...

- Хорошо… то есть, плохо, что я не могу заняться этим у себя дома, но радует, что есть письменные источники.

Тогда мы с вами поступим так: сейчас вы покажете мне театр.

- Да, госпожа коммандер.

- Сегодня вечером будет спектакль?

- Да, госпожа, коммандер, сегодня у нас «Риголетто».

Лавиния поморщилась: оперу она вообще не любила, а уж душераздирающая история горбуна и его дочери была ей особо ненавистна.

- А завтра?

- «Золушка».

- Отлично. Значит, завтра я с утра приду сюда читать эти дневники… Там одна тетрадь?

- Нет, что вы! Недавно я начал девятнадцатую!

- Очень хорошо.

Поправка: мы придём, я и мой секретарь. Надеюсь, в этих записках найдётся ключ к странным случаям. А вечером мы послушаем вашу «Золушку».

- Да, госпожа коммандер.

- Давайте теперь вернёмся к вашим неприятностям, я имею в виду неприятности недавние. То, что театр кого-то принимает или не принимает, началось не вчера, поэтому рассказывайте.

- Ну… Даже и не знаю, как это назвать, - суперинтендант почесал макушку. – Можно сказать, что начались пропажи.